Былой Петербург: проза будней и поэзия праздника

По части вывесок, надо признаться, Петербург далеко уступает Москве. Тут ходишь, ходишь, конечно, многому научишься, но не улыбнешься, а в Москве какое раздолье. Два золотые сапога друг к другу торчат носками, а на черном поле между голенищ прописано: «Сын Скварцев». И улыбнешься и догадкам простор. Там (в Москве. – А. К.), например, и рюмки и штофы нарисованы и подписано: «Стеклянный художник», клавиши с надписью: «Фортопьянист и Роялист»; а тут (в Петербурге. – А. К.) из бутылки пена бьет фонтаном, да так само по себе ее в стакан и бросает, написано: «Эко пиво!» <…> В Москве все прописано обстоятельно: «Трактир для приезжающих и приходящих с обеденным и ужинным расположением»… в Петербурге лаконизм и сухость: портной, сапожник из Парижа, Лондона, Вены, и кончено; а в Москве прописывают, чей даже выучник. И сверх того и на мораль обращается внимание; помню я на одной вывеске так было изображено: «Мы, Федот и Сидор, обучаем юношество сапожному мастерству и доброй нравственности». Нет! Куда! Петербург от Москвы далеко отстал, да и не только в этом отношении. Например, вы вероятно во всех этих вывесках замечаете что-то необыкновенное, непривычное в слоге. Это потому, что и в слоге Петербург от Москвы отстал на необъятное пространство… В Петербурге все так прилично, пристойно, все дело сурьезное[960].

В этих двух текстах, написанных в жанре физиологического очерка, для которого была характерна установка на воспроизведение действительности, сформулирован основной принцип оформления петербургских вывесок: иконический знак и иногда лаконичный текст (фамилия хозяина заведения и род торговли)[961].

Знаменитый юрист Анатолий Кони вспоминает Невский проспект 1860‐х годов: «Уличные вывески очень пестры, разнообразны и занимают без соблюдения симметрии большие пространства на домах. У парикмахерских, или „цирулен“, почти неизбежны изображения банки с пиявками и нарядной дамы, опирающейся рукой на отлете на длинную трость, причем молодой человек, франтовато одетый, пускает ей из локтевой ямки идущую фонтаном кровь. У табачных магазинов непременно два больших изображения: на одном богато одетый турок курит кальян, на другом негр или индеец, в поясе из цветных перьев и таком же обруче на голове, курит сигару»[962].