Быт и культура древних славян

X. ТКАНИ И МЕХА

На основании данных доисторической культуры можно установить, что в период, предшествовавший разделению народов, индоевропейцы и славяне не ходили нагими. Термин «наг» (nagь[205]) древний и общеславянский применялся для различия нагого от одетого.

К этой же эпохе совместной жизни всех славян относится и целый ряд как названий тканей (tkaň, полотно, сукно), так и отдельных частей одежд: рубашка (rouho), полотенце (ručnік), саван, rubaš, штаны (nohavice), онучи, обувь, плащ, кожух, юбка, пояс и пр.

Однако, несмотря на существование столь многих общих названий, можно предположить, что древнеславянское одеяние было долгое время просто и однообразно, особенно у народа, жившего вдали от торговых путей и не имевшего достатка покупать себе у пришлых купцов южные и восточные товары, будь то драгоценные украшения, дорогие ткани или уже готовое платье иноземного покроя.

Домашняя выработка тканей, кропотливая и несовершенная как технически, так и эстетически, неизбежно влекла за собою однообразие и простоту славянских одежд.

Поворот наступил лишь ко времени Р.Х. В течение периода начиная от римской эры и до конца язычества постепенно изменялся вкус, что оказало влияние не только на украшения, но и на покрой одежд во всей Средней и Северной Европе, а следовательно, и у славян. К началу христианской эпохи славяне обладали более богатым гардеробом, чем в период их общей жизни с другими народами, но, правда, что в их одеянии было много чужого и заимствованного, в особенности среди имущего класса.

Прежде чем перейти к описанию славянской одежды, необходимо остановиться на материалах, из которых она изготовлялась.

Первым и основным его видом повсеместно была снятая и соответственно пригнанная шкура убитых зверей. В доисторический период и у всех примитивных народов звериная шкура служила главной одеждой, а впоследствии удержалась в тех местах, где природа и климат требовали теплого одеяния, т. е. на территории Средней и Северной Европы.

В суровой по климату славянской области теплая одежда была необходима большую часть года, и в те времена, когда славяне еще не знали выработки сукна и войлока, они, естественно, должны были пользоваться выделанными теплыми мехами. Даже и в более позднюю эпоху мех продолжал быть у славян излюбленным материалом не только для собственных нужд, но и для торговли с югом, где его ценили как предмет роскоши и украшения.

Естественно, что для изготовления верхней одежды были пригодны, прежде всего, меха крупных животных; из домашних шли на это кожи баранов, а из диких зверей — медведей и волков. В древних источниках упоминаются главным образом меха мелких хищников, в особенности куница, соболь, горностай, лисица и выдра, а из грызунов — бобр и белка. Все эти меха употреблялись на подшивку, оторочку и для головных уборов. Римские и византийские портные умели сшивать их для изготовления платья большого размера. Уже самый переход названий из славянского в латинский язык — слав, veverka в viverra и греч. ό καυνάκης, ή καυνάκη — куница, свидетельствуют о торговле и сношениях славян с югом Европы[206].

Все эти меха, занимавшие главное место среди вывозимых товаров, приобрели в некоторых местах столь важное значение, что куньи, беличьи и собольи шкурки стали денежной единицей при меновой торговле или при собирании дани. Известно, что уже в IX–XII вв. русские племена платили дань чужим или своим князьям по одной куньей или беличьей шкурке со двора[207], а иногда давали «куны»[208]. В те времена владеть запасом этих мехов, значило быть богатым. В княжьих или городских сокровищницах лежали запасы куньих и беличьих мехов («кунь и бель»); когда русские князья раздавали подарки дружине и народу или чужеземным владыкам, среди них преобладали меха, особенно бобровые, собольи, чернобурой лисы и горностая. Так, в летописи говорится, что Игорь (945), Ольга (955) и Святополк, когда «садились на княжий стол», раздавали меховые одежды и куньи шкурки.

Также и чешский Ольдрих (Oldfich), и польский князь посылают королю Лотарю в 1135 г. «pelles griseas atque merdellinas» наряду c «variis auri et argent! et pretiosarum rerum muneribus»[209]. Одинаково высоко ценили меха в Древней Руси, ставя их наряду с серебром и золотом, что явствует из летописной записи под 1068 г. «двор жь княж разграбиша, бещисленое множьство злата и сребра, кунами и белью» (Лавр. лет. 3, 167). Древние кожевенники и скорняки упоминаются уже в источниках XI в.

Наряду с выделкой мехов рано появилось и домашнее производство тканей плетеных или изготовляемых на примитивном вертикальном станке из льняных, конопляных или шерстяных волокон.