Читаем Быт и культура древних славян полностью

Полотно, сукно, ткань, а также волна были древние общеславянские понятия[210]. Лен является древнейшим индоевропейским культурным растением[211]; конопля была рано заимствована славянами у иранцев, которые употребляли ее как одурманивающее средство, а также издавна знали, что ее волокна пригодны для изготовления тканей. Древнее свидетельство времен Геродота, т. е. V в. до Р.Х., указывает, что фракийцы делали одежду из конопли, а ее семена были найдены на территории западных славян в могилах времен до Р.Х.

В исторических памятниках она впервые упоминается в церковном постановлении кн. Ярослава: «Аще человек иметь красти коноплю, или лен и всакое яшто»[212].

Ибрагим-ибн-Якуб говорит, что в X в. в Чехии выделывали изо льна довольно высокого качества ткань, но небольшого размера (платок), которая служила местною меновою единицей[213]. Сюда же следует отнести и подати льном и кусками полотна, примером чему может служить уплата славянами дани франкам в виде «linum ad duas camisiales»[214].

Овечья шерсть и шерстяные ткани упоминаются уже в самых древних переводах Библии и в других источниках XI в., напр. в «Изборнике» Святослава: «от влъны сы а не от льну», или в житии Феодосия (по записи Нестора): «Феодосию руками прядущю влъну»; «сядяше прядыи вълну на съплетение копытьцем». Кроме того, остатки льняных и шерстяных изделий были нередко находимы при раскопках могил. Впрочем, большинство описаний этих находок говорит лишь о качестве ткани, не указывая ее сорта. Так же невозможно безошибочно определить и остатки войлока из битой шерсти, хотя общеславянское название указывает на древнее и местное его происхождение[215]; свидетельства в памятниках письменности сохранились лишь от более позднего времени (XIV—XV вв.).

В X в. впервые упоминается в славянских землях грубая нижняя одежда («исподнее платье» — roucha), тканная из конских волос или козьей шерсти, по образцу, как то носили христианские аскеты[216].

Меха, льняное полотно, или из конопляных волокон, равно и шерстяные ткани служили славянам основным материалом для изготовления домашнего платья, об этом в X в. говорят анонимный персидский географ и Кардизи, причем они обычно были беловатого, сероватого и коричневатого оттенков, в зависимости от недостаточной выделки. Наряду с ними привозились чужеземные товары, между которыми были ткани более пестрые и богато выделанные. Эта торговля способствовала тому, что к концу языческого периода князья, их приближенные и вообще богатые люди носили одежды чужого покроя, или сшитые из ценных привозных тканей, чем отличались от остального населения и своих бедных соседей.

Между иноземными, привозными тканями, упоминаемыми в древних источниках и находимыми в могилах, первое место занимает шелк, который был распространен по всему славянству. С древнейших времен его доставляли из Китая через Азию торговыми караванами на юг Европы, откуда он распространялся и на север. Трудно установить, ознакомились ли с ним славяне через посредство германцев, на что указывает его чешское название hedvab, церк. слав. godovablb, от верх. нем. godaweblь из готск. gudawabi, или же он был заимствован непосредственно из Азии, как то полагал Шрадер, сопоставляя англосакс seolc, литовск. szilkai, старо-прусск. silicas, и считая их за производные из ст. — слав. śelkь.

Кроме того, следует отметить, что уже к концу языческого периода у славян шелк получил свое местное наименование svila, свила — от «вити», «съвити». У Иоанна, экзарха Болгарского встречается уже выражение: «ризы свильны» и «другааго съмотри чрьви иже и себе свилу точить»[217].

От VIII столетия сохранились свидетельства, что балканские славяне обменивали пленных на шелковые одежды. Олег, отправляясь в 907 г. против Царьграда, имел на ладьях «паруси паволочиты Руси, а Словеном кропиньныя» (Лавр. лет. 3, 31). В чешских источниках шелк упоминается в XI в.

Можно определенно установить, что в одежде богатых людей шелк играл очень важную роль, особенно когда в Переяславле и Киеве установилась непосредственная им торговля.

Одновременно с шелком к славянам шли торговыми путями тяжелая золотая парча и аксамит, т. е. золотная или серебряная ткань с разводами, плотная и ворсистая, как бархат[218].

Кроме этого приходили и легкие прозрачные ткани для покрывал, искусно и пестро окрашенные или вышитые, и для них также сохранилось несколько названий.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода
1221. Великий князь Георгий Всеволодович и основание Нижнего Новгорода

Правда о самом противоречивом князе Древней Руси.Книга рассказывает о Георгии Всеволодовиче, великом князе Владимирском, правнуке Владимира Мономаха, значительной и весьма противоречивой фигуре отечественной истории. Его политика и геополитика, основание Нижнего Новгорода, княжеские междоусобицы, битва на Липице, столкновение с монгольской агрессией – вся деятельность и судьба князя подвергаются пристрастному анализу. Полемику о Георгии Всеволодовиче можно обнаружить уже в летописях. Для церкви Георгий – святой князь и герой, который «пал за веру и отечество». Однако существует устойчивая критическая традиция, жестко обличающая его деяния. Автор, известный историк и политик Вячеслав Никонов, «без гнева и пристрастия» исследует фигуру Георгия Всеволодовича как крупного самобытного политика в контексте того, чем была Древняя Русь к началу XIII века, какое место занимало в ней Владимиро-Суздальское княжество, и какую роль играл его лидер в общерусских делах.Это увлекательный рассказ об одном из самых неоднозначных правителей Руси. Редко какой персонаж российской истории, за исключением разве что Ивана Грозного, Петра I или Владимира Ленина, удостаивался столь противоречивых оценок.Кем был великий князь Георгий Всеволодович, погибший в 1238 году?– Неудачником, которого обвиняли в поражении русских от монголов?– Святым мучеником за православную веру и за легендарный Китеж-град?– Князем-провидцем, основавшим Нижний Новгород, восточный щит России, город, спасший независимость страны в Смуте 1612 года?На эти и другие вопросы отвечает в своей книге Вячеслав Никонов, известный российский историк и политик. Вячеслав Алексеевич Никонов – первый заместитель председателя комитета Государственной Думы по международным делам, декан факультета государственного управления МГУ, председатель правления фонда "Русский мир", доктор исторических наук.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Вячеслав Алексеевич Никонов

История / Учебная и научная литература / Образование и наука