«Я уже много лет жду, когда меня освободит моя семья… Я зарабатываю на всех – на детей и на мужа, организую быт, отдых, помогаю, сочувствую, спасаю… У меня нет сил, удовольствий и радости. Но мне очень страшно остановиться. Вдруг я стану ненужной и меня оставят?»
«Я не верю в себя. Мне кажется, ничего из меня не выйдет. Я надеюсь на мужа, но он не может заработать достаточно, чтобы на все хватало. Я делаю вид, что я сижу с ребенком, но на самом деле мне страшно заявлять о своих желаниях, страшно искать работу. Я не верю, что меня услышат, сочтут достойной».
«Когда-то родители не поддержали меня в том, чтобы я поступила учиться в театральный институт, вынудив меня получить «востребованную» профессию юриста. Я подчинилась… Получив образование, ни дня не работала по специальности. Я ненавижу эту профессию. Сейчас я не могу освободиться от обиды и отчаяния… Мне кажется, что тогда я упустила свой единственный шанс и нового шанса построить счастливую жизнь уже не будет».
Я боюсь агрессии, потому что не могу себя защитить. Я боюсь говорить о том, что мне не нравится, – мне страшно показаться капризной. Я не хочу просить о помощи, я жду, что мне ее предложат (помогут, оценят по достоинству). Я не хочу просить о помощи, потому что боюсь показаться навязчивой…
Все это отголоски детских страхов и ожиданий от родителей, родителей и воспитателей, которые не признали, не дали разрешение, не оценили, не поддержали. Или еще хуже: обесценили, подавили, использовали.
Это отголоски реальных историй, реального опыта – того, что происходило с ними в детстве.
Это отголоски опыта взаимодействия с воспитателями, которые не сделали важной работы: не поддержали ребенка в его праве быть отдельным и самостоятельным, не позволили повзрослеть, и потому человек на этом уровне, уровне травмы, продолжает попадать в Жертву и зависает в ней, ожидая необходимого позволения жить своей жизнью.
В этих правилах, стереотипах, порой откровенном невежестве (я имею в виду игнорирование естественных законов развития ребенка) происходит блокировка жизненной энергии, которая скажется на всей последующей жизни в тех ситуациях, где нужно заявить о себе, предъявить свои права, обозначить свои границы.
Человек, очутившийся в Жертве, продолжает ждать от «Родителя» разрешения на то, чтобы жить и совершать свои выборы самостоятельно, при этом он может переживать гигантское сопротивление тому, чтобы выбраться из ямы самому.
Это сопротивление, выражаемое словами «Я не смогу», «У меня не получится», «Я хочу, чтобы мне дали то, что должны», говорит о страхе Ребенка (теперь внутреннего) совершать самостоятельные действия без одобрения Родителя (тоже внутреннего). Это сопротивление говорит о страхе и тайной надежде получить-таки все, что недодали, в обмен на соблюдение вдолбленных «правил» (см. выше).
Перечислю вкратце причины, по которым человек, зависающий в Жертве, отказывается брать на себя ответственность за себя и свои выборы:
1. Он боится. Очень боится. Боится чувствовать вину, стыд и плохость за нарушение «правил», боится лишения родительского тепла (даже если его никогда не было, сохраняется иллюзия, что его можно когда-нибудь получить за усердное соблюдение «правил»), а также покидания, отвержения, одиночества за «непослушание».
2. Он все еще надеется получить все перечисленное (права, признание и тому подобное), надеясь на детские стратегии заслуживания и подстройки под ожидания.
3. Он не верит в то, что его усилия приведут к желаемому результату (неверие в себя – тоже отголосок детского опыта, когда попытка опереться на родителей ни к чему не приводила).
4. Он не знает, как обозначить свои границы вербально, словами, так как никогда не слышал таких оборотов и не видел, как это работает.