Быть жертвой больше не выгодно. Дополненное издание

Постепенно его покидает тоска по взрослой фигуре, по партнеру, который возьмет на себя часть его ноши. Приходит осознание: «Я сам – достойный партнер. Я лучше всех позабочусь о себе, помогу и поддержу. И смогу поддержать подходящего мне партнера».

Еще через какое-то время сходят на «нет» привычные идеализации других людей, и травматик все больше видит реальных, настоящих, совсем не идеальных женщин и мужчин со всеми их «слабостями» и достоинствами. И не рушится от этого.

Опираясь на принятие себя, подлеченный травматик выбирает «своего» партнера, с которым ему хотелось бы развивать отношения.

<p>Чувства как симптомы</p>

<p>Обида</p>

Не бывает обид из взрослого состояния, это детское чувство. Если вы чувствуете обиду, можете сразу для себя обозначить: «Я в Ребенке». Если обида – это симптом, то чего?

В той ситуации, где вы почувствовали обиду, вы возлагали на другого человека свои надежды. Вы ждали, что он (человек) поступит определенным образом, вы ждали нужного для вас поступка, отношения к себе. Однако он поступил иначе, нежелательным для вас способом. Обида означает, что в этот момент вы привязаны к желательному для вас поступку от другого человека, вам кажется, что вы не можете без него обойтись.

Взрослый не чувствует обиду. Он чувствует злость – если, к примеру, были нарушены некоторые договоренности. И ожидание было основано именно на них, а не на фантазиях, интерпретациях обещанного или мечтах.

При этом, если смотреть на обиду как на симптом, не оценивая себя, то вы увидите, в каких обстоятельствах вы еще не окрепли, не отделились от сильного «родителя», не получили права на свои самостоятельные действия… К примеру – обидно, что не позвали в компанию друзей? Возможно, эти друзья в вашей субъективности «большие и значимые», и их приглашение укрепляет вашу значимость. А что происходит с этой значимостью, если ее нужно подкреплять?

Или: обидно, что не сказали, что вы красивая (умная, талантливая, сексуальная)? Почему этот человек имеет право назначать вас значимой или не очень? И вы сами наделяете его этим «правом»? Что происходит с вашим самопризнанием?

Свободным себя чувствует отделившийся от родительской фигуры человек.

В свою очередь обида возникает к родительской фигуре (это понятие шире, чем просто родитель), и ожидания сохраняются к ней же.

«Снова обиделась, что не услышали то, что для меня важно. Обидно, что опять не поинтересовались, чего же хочу я сама. Кажется, что мне «предпочли» другую – и вот… обидно. Так старалась, так выложилась, и – не оценили…»

Это то место, где вы еще не встали на ноги. Это то место, где вы надеялись, ждали и не получили. И ждете до сих пор. Разрешения, тепла, участия, вовлеченности – чего угодно.

Это то «место», где не сформировалось право поступать по своему усмотрению, потому и сохраняется зависимость от авторитетного признания-разрешения.

<p>Недовольство, или Капризный Внутренний Ребенок</p>

– Почему я должна сама?.. Я не хочу! (заботиться о себе, обеспечивать себе поддержку – все, что связано со словом «сама»).

– Я и так все всегда делаю сама!

– Я не получила всего этого, и мне должны! (а именно уважение, признание; прислушаться, пойти навстречу, договориться и т. д.)

Если клиент изначально очень взрослый (то есть прячет свою детскую часть), то такой капризный ребенок может «появиться» перед терапевтом не раньше, чем у клиента будет достаточно доверия, чтобы настолько раскрыться.

Бывают люди, сразу способные предъявить свои детские претензии, не считая это зазорным.

Чаще всего если мы с претензией предъявляем свою детскую недовольную часть, то (если только не имеем дело с законченным невротиком, который «всем должен») встречаемся с более или менее жестким отпором.

Как будто никто не хочет заботиться, уважать, признавать, восхищаться и тому подобное. И вот мы снова в ретравме; ранимся, обижаемся и недоумеваем: «Как же так? Я же точно знаю, что мне должны».

Так капризничает, протестует внутренний Ребенок. В этом примере, как и в предыдущем, он обращается к родительской фигуре (к значимому человеку извне, на которого направлены ожидания заботы, внимания и тому подобное).

Есть две причины такого состояния: пережитый в детстве дефицит, недостача, за которую реальный родитель не взял ответственность, и, напротив, неумеренная опека – тоже в детстве, где родитель не верил в то, что ребенок способен нести свою ответственность сам (по силам), и брал ее на себя.