Частный человек

Истинный ариец Петер Шульц действительно любил пиво. Как любил и Гитлера, нисколько этого не скрывая. Но «деревенщиной» не был. Для полноты картины надо бы ему проживать в Мюнхене, однако и это было не так. Петер Шульц всю жизнь прожил в Потсдаме. В том, который к моменту нашего знакомства (1983 год) был частью Западного Берлина. Надо сказать, что в то сюрреалистическое время в трёх разных Германиях было два разных Потсдама. Один — пригород Берлина, к 1945 году фактически ставший частью города. Этот Потсдам в 1945 году попал в американскую зону оккупации и затем вошел в Западный Берлин. Другой — рядом с первым — город в ГДР, восстановленный и во многом построенный заново в 1950-е годы. В 1949–1990 гг два Потсдама граничили друг с другом. Располагающийся точно на границе дворец Цицилиенхоф — место проведения знаменитой Потсдамской конференции — находился на территории ГДР. После объединения Германии в 1990 году два Потсдама слились и теперь считаются одним из округов «Большого Берлина». Под названием, разумеется, «округ Потсдам».

Родившись в Потсдаме в 1933 году, убеждённый фашист Петер Шульц даже успел за Гитлера повоевать. Правда, недолго. В мае 1945-го выдали 12-летнему Шульцику в местном отделении гитлер-югенда два фауст-патрона. Один в руки, другой — за спину. Больше-то малолетний солдат не унесёт, да и использовать в бою не успеет (по статистике раньше должны были убить). Ещё дали помятую каску, которая была ему явно велика. Шинель и форму не дали — уже не хватало. И под бодрую патриотическую песню «Защитим Берлин и Рейх»! отправился малолетний солдат на недалёкую передовую. Песня была сочинена лично Паулем Йозефом Геббельсом для воодушевления защитников Берлина; с 20 апреля — начало штурма города — по 2 мая 1945 года немецкое радио передавало только её и сводки новостей. Короче, весна, девушки улыбаются, бравый солдат Петер Шульц с песней на войну идёт — лепота! На передовой истинный ариец Петер Шульц не растерялся. И с первого же фауст-патрона подбил советский танк (вот сволочь!). Дальше Шульца лучше процитировать: «А потом, когда танк загорелся, ваши стали в мою сторону сильно стрелять. Ну, я наделал в штаны, натурально обосрался. Второй фауст-патрон вместе с каской бросил и побежал домой. Помню, от страха долго плакал». На том Вторая мировая война для малолетнего Шульца и закончилась.

Дальше начались мирные будни, которые, однако, были далеко не радужными. Школу Петер Шульц бросил. «Пойми, ну не мог я сидеть на уроках и слушать этих чванливых англичанок, — рассказывал он мне. — Это называлось «денацификацией». У нас почти всё учителя были членами НСДАП, вот их и убрали. Вместо них прислали этих мымр. Они по-немецки толком не говорили, учить не учили, и все время поносили фюрера. Я недели две в сентябре 45-го походил, дал одной такой в рожу — и с тех пор в школе не появлялся». Тем не менее процессом денацификации Петер Шульц всё-таки оказался охвачен. «Эти сволочи не выдавали продуктовых карточек без просмотра фильмов», — жаловался он, — «вот сидим с матерью, как два идиота, в брюхе от голода бурчит. А ты два часа смотри на экран, где поносят фюрера. Причём не шуми, а ещё и слушай, что они там говорят с жутким акцентом. После фильма иногда заставляли пересказывать его содержание. Это англичане так издевались. Зашумишь или неправильно перескажешь — карточки не дадут; дохни от голода». Отец Шульца погиб, сражаясь за Гитлера, в мае 1940-го во Франции. Кампания мая-июня 1940-го получила у историков наименование «странной войны», но там тоже стреляли и убивали. К осени 1945-го остался 12-летний Петер Шульц в голодном и полуразрушенном Берлине с больной матерью на руках.

Сохранилось, правда, семейное достояние: мясная лавка. Двухэтажный дом Шульцев с лавкой и производственными помещениями на первом этаже пережил войну. «Этому дому четыреста лет, и все четыреста лет здесь крутят и продают колбасу», — хвастался Петер Шульц. Волею случая, в Потсдаме почти не было военных объектов. Поэтому этот пригород Берлина особо и не бомбили. А его сохранность на фоне разрухи обусловили выбор Потсдама в качестве места проведения Потсдамской конференции, когда в июле 1945-го У Черчилль (позднее К. Этли), Г. Трумэн и И. Сталин лично встретились в составе «Большой тройки» последний раз.