Частный человек

Согласно данным Росстата, в России 65 млн человек ежедневно пользуется Интернетом. Это примерно вдвое меньше, общего числа потенциальных читателей (125 млн человек). Но тенденция совершенно очевидна: 5 лет назад в Интернет ежедневно выходили 30 млн человек. Информатизация страны идёт полным ходом, и бороться с новой реальностью глупо. Тех, кто утверждает, что Интернет поэтам и писателям не нужен, хочу спросить: а читатели

вам нужны? Никто никому не запрещает заниматься искусством ради искусства и писать «в стол». Если есть на то время и деньги — ради Бога. К сожалению, охранители общества от Интернета постоянно требуют господдержки своему творчеству. Они хотят украсть деньги у меня, ловко вычтя их из моих налогов. Извините, но мне, как обывателю, для них копеечку жалко. Ни один из борцов с реальностью не сделал мне ничего настолько хорошего, чтобы я ему платил.

Альтернативой господдержки является продажа

книг читателям. Вот честный путь: автор трудится, читателю нравится — он платит. Сам с удовольствием заплачу. Но читатели живут (именно так!) в Интернете. Каждый день там сидит почти половина населения РФ: 65 из 143 млн человек. Ещё 30 млн заходят эпизодически, в том числе из-за технических сложностей и дороговизны. За 3–5 лет техника наладится, а цены упадут. По прогнозам, к 2020 году в Интернете постоянно будут находиться две трети населения страны. Но уже в 2012 году аудитория российского Интернета намного опередила число читателей бумажных СМИ и впервые превысила телеаудиторию. Наш читатель ждёт нас, но литераторы оказались замшелыми консерваторами и отстают. Что крайне удивительно: обычно поэты и писатели первыми исследуют новые общественные явления, к которым относится и Интернет. Ряд писателей успешно берут оттуда не только читателей, но и сюжеты. Тем не менее большинство российских литераторов пока сторонится его.

Часто причиной являются технические сложности. Обычно писатели являются людьми в возрасте. Это нормально: прежде, чем говорить что-то другим в книгах, неплохо бы самому приобрести жизненный опыт. А он, увы, накапливается лишь со временем. Но обратной стороной медали становится окостенение и неспособность к обучению:

трудно в 50–60 лет напрячься и овладеть новыми технологиями. Современным российским литераторам не повезло (см. ниже). Но, если мы не освоим методы работы в виртуальном пространстве, то потеряем читателей и пропадём. Наше место займут другие; в современную гиперинформационную эпоху свято место пусто не остаётся ни дня. Для современного литератора работа в Интернете становится вопросом выживания. Тему лекции можно перевернуть: «Зачем Интернету литератор»? Являясь литератором, я, из уважения к коллегам, так вопрос ставить не буду. Но для себя

каждому неплохо постоянно о нём помнить.

3. Творческий процесс.

Что может извлечь из Интернета литератор? Не буду тратить время на очевидные плюсы, вроде мгновенной пересылки электронной почты. При написании стихов я пользуюсь программой Rhymes (Рифмы), и нисколько не стесняюсь. Пусть я — поэт малоизвестный, ленивый и бездарный, но многие более маститые и талантливые коллеги тоже пользуются программами подбора рифм. Они мне их и показали. В использовании программ нет ничего неправильного; это просто инструмент. Рифму «морозы-розы» ещё Пушкин высмеивал. Знаю современного известного поэта, который за глагольные рифмы, вроде «сказал-соврал», молодых коллег просто бьёт. Физически. Ляп увидит, возьмёт, что под руку попадётся — обычно толстую и тяжёлую книгу — и молча со всей дури по глупой башке! В полицию жаловались. Экстремизма не надо, хотя по слухам метод воспитания эффективен. Но ещё лучше работает программа, подсказывающая начинающему и даже маститому поэту, что по-русски так не говорят. Программа помогает подобрать синонимы и эпитеты. Стихов она не напишет, но убережёт от ошибок и ускорит процесс обучения.