Чеченская пыль

– Эй, мужики, вы чего? – возмущается Тайга. – Хорош борзеть, жрать давайте.

– Не стоял бы ты там, – спокойно отзывается шеф-повар. – У нас уважительная причина. Снайпер по кухне работает.

– И что теперь? – не понимает Павлик. – Сухпаем, что ли, нам питаться? Спасибо, наелись уже.

Раздобревший от выпитого Вован машет рукой:

– Вон в тех котлах пошерудите. На вас хватит. А по поводу снайпера… Размажут его сейчас. Командир расчет АГС обещал задействовать.

Тайга смотрит на ближние холмы, поросшие редким лесом. Где-то там сидит сволочной стрелок и зарабатывает бабки. Можно, конечно, отловить его, но кто будет этим заниматься? Тем более он наверняка не один, а под защитой автоматчика.

– Уж лучше из танка в “зеленку” шарахнуть. Сразу в себя придут.

– Ага-ага, – улыбается Тайге Вован. – Иди бате это скажи. АГС и то дождаться не можем. Вмажете, что ли?

Павлик к спиртному еще не привык. Ну и ладно, нечего молодежь портить. Тайга же охотно спрыгивает в окопчик и принимает побитую эмалированную кружку:

– Ну будем, мужики!

– Давай! Будем! За нас! – вразнобой поддерживают его кухонные работники, протягивая свои посудины.

Самогон проваливается в Тайгу моментально. Эх, хорошо! Пора и провиант поискать. Чувствуя себя слегка навеселе, контрач шарит по котлам.

Дзинь! Дзинь! Дзинь! С поварского инвентаря сыпятся искры, как будто электросварка фурычет. Тайга присаживается за грудой ящиков и достает сигарету. Затягивается приятным горьким дымком.

– Бронебойными, падла, бьет, – делится наблюдениями.

– А ты что думал? – доносится из окопчика хмельной голос Вована. -

Мы люди крепкие. Боится, гад, что обычные не возьмут.

Докурив, Тайга намечает пути отступления.

– Ладно, братва! – прощается с пацанами. – Лучше в следующий раз зайду.

– Пока! – смеются в окопчике. – Каску одолжить?

Тайга опускается на землю, переползает к дощатому складу, а оттуда, по канавке, добирается до стоянки бронетехники. Здесь уже можно распрямиться. Павлик сидит за старым, облезлым танком, ковыряется в ногтях штык-ножом.

– Вот и поели, – грустно произносит он.

– Ничего, сейчас начпрода за жабры возьмем. Пошли!

Начпрода они находят в его владениях, за позициями штатной минометной батареи Родионова. Матерый вор начинает отнекиваться, но не тут-то было. Этот ублюдок Тайге слишком много должен. Недавно под соседним селом сожгли полковой грузовик с продовольствием. Водитель и двое солдат, приняв неравный бой, погибли. А начпрод, паскуда, бросил оружие и смылся. Потом сказки всем рассказывал, как его

“контузило”. А в том ГАЗ-66 закадычный дружок Тайги ехал. После боя ему, еще дышавшему, голову отрезали.

Тайга ощущает приступ бешенства. Редко это случается, но уж если накатит… Он стаскивает с ноги сапог и наотмашь бьет эту складскую крысу в жирную грудь. Плевать, что тот офицер. Начпрод пищит, умоляющее закрывается от побоев руками. С удовольствием бы

“застучал” Тайгу, но знает: проживет после этого недолго.

Контрачей из его партии здесь хватает, подловят ночью в сортире и зарежут или в башку выстрелят из автомата через скатанное одеяло.

Тайга еще пару раз оттягивает сжавшегося в комок урода тяжелым сапогом. Пытается успокоиться. Живучая все-таки мразь. У другого бы уже давно кости потрескались, а этому хоть бы что.

Напарники набирают жестянок с тушенкой и кашей, рыбных консервов, сухарей. Еще берут несколько пригоршней пакетиков с крупяным киселем. Ужас как соскучились по сладкому.

– Не жалко начпрода? – спрашивает Павлик, когда они идут к месту своей “трудовой вахты”. – Видал, как рука у него обвисла? Наверное, ключицу ему сломал.

– А чего его жалеть! – цедит Тайга. – На войне таких гадов в первую очередь мочить следует.

– Не знаю, не знаю, – с сомнением качает головой его напарник. – Наш все-таки, свой человек. Не то, что эти…

Примерно через час с той стороны, куда ушла колонна, доносятся интенсивные взрывы, начинается беспорядочная стрельба. Старуха-война проснулась, зачавкала, стерва слюнявая.

– Так и есть, – напрягается капитан. – Встретили, уроды…

На ВОПе по тревоге облачаются в бронежилеты, нахлобучивают стальные шлемы, занимают огневые позиции, впиваются из амбразур в заранее пристрелянные подступы к своей “точке”, спешно заводят бронетранспортер. Ильдар с новым знакомым оставляют хозработы до лучших времен. Вэвэшник бежит на свое боевое место, мотострелок же лезет на броню. Он тоже готов идти на выручку зажатой где-то братве.

Капитан его не гонит.

Выбрасывая из-под колес комки засохшей глины, БТР выходит на дорогу.

Механик-водитель старается вовсю. Благо машина в хорошем состоянии.

Подшаманили недавно, заодно выкрасили. И все равно подмога опаздывает. Стрельба и грохот впереди прекращаются, воцаряется тишина.

Ильдар со страхом ждет встречи с теми, кто ушел на помощь блокированным в далеком селе товарищам. Черные клубы дыма все ближе.

Вот становится видно и разбитую технику. Это уже металлолом, восстановлению “коробочки” не подлежат. Худшие опасения подтверждаются. Дело – дрянь. Колонна вдоволь накупалась в собственной крови. И колонны уже нет, совсем нет.