Чеченская пыль

— Если я вам помогу, снова может кровь пролиться. Ни к чему это.

Пусть все идет своим чередом.

— Там девушку схватили молодую, — произносит капитан. — Помоги, отец. Нам, мужикам, на роду написано тяготы выносить. А она, она чем провинилась?

— И что же вы женщин на войну таскаете? — вопрошает старец.

Ответить ему нечего. Так сложилось. Аксакал прикрывает глаза. В землянке повисает долгая тишина. Капитан терпеливо ждет. Может, и повезет. Даст старик наводку на своих единоверцев, рубящихся за деньги. Его ведь тоже женщина родила.

— По лесу девушку ведут, в безымянный аул на той стороне возвышенности, — через добрые полчаса сообщает старик. — И остальных пленных тоже. О Гиблой лощине слыхали? Будут там через день, к следующему вечеру.

Командир вэвэшников не перебивает. Отделять зерна от плевел будут потом. Пока нужна хоть какая-то зацепка.

— Ваши враги уже разошлись, — продолжает провидец. — Пленных пять человек, их ведут десять охранников. Не трогайте никого. Предложите жизнь в обмен на пленных. Они согласятся. Все запомнили? Убьете охранников — не будет вам здесь удачи.

Слишком все просто получается. Есть ли вероятность ошибки в необъяснимых технологиях провидца? Офицера обуревают множество мыслей, но он продолжает почтительно молчать. Расскажешь кому потом, не поверят, что за разведданными к ясновидящему ходил. Или ненормальным сочтут. Может, так оно и есть. Все тут немного психами стали.

— Вижу, что медик она. Потому и помогаю вам.

— Спасибо большое, отец, — благодарит капитан. — Ты ведь охотник? И СКС у тебя вроде имеется?

— Да, есть у меня такой карабин, — подтверждает старик.

Капитан вытаскивает из разгрузки автоматный рожок и отщелкивает хозяину дюжину армейских патронов:

— Спасибо, отец, пойдем мы.

— Бывайте, — прощается старец. — Как-нибудь зайду к вам, зайцев принесу.

Зайцы — это хорошо, отстраненно думает командир. Не все же время тушенкой и солониной питаться. Иногда и свежатинка не помешает.

16

Всю дорогу до ВОПа лицо капитана непроницаемо. Людей нужно выручать, это ясно. Обрыдло уже все это бессовестное предательство своих своими. Если информация, полученная от старика, достоверная, тогда…

А если нет? Как проверить? Черт возьми, опасно это, но, видимо, придется разбираться по ходу дела. Командир вертит ситуацию с пленными и так и сяк. По всему выходит, что просить помощи у вышестоящего начальства бесполезно. Там замотают вопрос, время уйдет, пленные сгинут. А было бы неплохо принять из резерва дивизии три БТРа и солдат, чтоб в глазах зарябило от камуфляжа. Но… В этой авантюре надо надеяться только на свои силы. Как тогда, в Грозном, во время захвата боевиков для обмена на тела своих павших.

— Приходила вертушка, — докладывает ему замком. — Убитых забрали. С ними отправили и выживших. К Гизатуллину четверо вышло. Совсем никакие, но двоих раненых все-таки приволокли.

— Что в захваченном селе?

— Подошла рота из районной комендатуры. Боевики рассеяны. У наших потерь нет.

Вот так вот. Практически никогда не воевавшие командачи благополучно дошли до места назначения и даже разогнали духов, а армейской колонне, составленной из бывалых бойцов и лучше вооруженной, не повезло. Да уж, никогда не знаешь, когда придет твой черед променять короткую жизнь на вечное черное безмолвие.

— Хорошо. Строй взвод.

На пятачке перед флагштоком вытягивается личный состав ВОПа. Капитан вглядывается в подчиненных. Через неделю придет смена. Его команду снимут и выведут на отдых. Всем, да и ему тоже, хочется держаться подальше от выстрелов. Кто же из этих людей согласится пойти вытаскивать пехоту из беды?

— Нужно три добровольца на опасную операцию, — чеканит слова капитан. — Требуется перехватить банду, взявшую сегодня пленных.

Операцию проводим на свой страх и риск. Наград не обещаю.

Награды, награды… Здесь никто на них и не надеется. Солдаты и офицеры честно делают свое дело, а там — как получится. Не карьеристы, простые трудяги войны. Ордена и медали часто приходят посмертно. В качестве сувенира безутешным родителям. Лежат потом эти увесистые металлические изделия в шкатулках и красных картонных коробочках, об убитых детях напоминают.

Вышедшие из шеренги бойцы изрядно понюхали пороха. Половина из них побывала в городских боях, другие плотно поработали на зачистках.

Хорошо, что молодые не вызвались: первыми погибают неопытные. Да капитан и не взял бы их. Успеют еще навоеваться. Войны хватит на всех.

— Со мной пойдут Никифоров, Борисов и Кузнецов. Остальным — разойдись!

Командир предельно собран, стискивает погонный ремень висящего за плечом автомата. С этого момента на него ложится двойное бремя ответственности. За оставляемую «точку» и за людей, что отправятся с ним в неизвестность. Решение принято, назад дороги нет.

Названные — проверенные старые солдаты. Взять хотя бы Никифорова.