Человек, похожий на генерального прокурора, или Любви все возрасты покорны

Тем временем в России Кремль готовился к акциям протеста. 17 сентября 1998 года Президент РФ Борис Ельцин подписал «серьёзные поручения в связи с акциями протеста, намеченными на 7 октября». Об этом сообщил министр внутренних дел Сергей Степашин журналистам после встречи с президентом России. С. Степашин сказал, что они направлены на недопущение использования разрешённых акций протеста с тем, чтобы «взорвать обстановку в стране», исключить массовые беспорядки и проведение тех или иных акций, которые могли бы вызвать угрозу для государства. Имеется в виду не допустить перекрытия дорог и других жизненно важных артерий. Акции протеста не должны проходить там, где это не положено, — в частности, в вооружённых силах и других воинских формированиях. Кремль не исключает возможности того, что в самое ближайшее время на массовые демонстрации соберутся не только представители «оголтелой» оппозиции, но и та часть российского общества, которая всегда считалась образчиком политического и человеческого консерватизма, а именно армейские круги и в особенности его офицерский состав.

«Любопытна реакция власти на финансовый обвал 17 августа 1998 года. Все сотрудники центрального аппарата ФСБ были выведены за штат, им приказано сдать оружие — несомненный акт недоверия даже сверхрефомированным чекистам. В то же время началась передислокация к столице частей войск МВД, перевод их на казарменное положение, в райотделы милиции завезены гранатомёты и пулемёты».[397]

«Авторитет исполнительной власти упал буквально до нуля. Для предотвращения возможной попытки государственного переворота Ельцин распорядился разоружить несколько дислоцированных в Москве армейских подразделений особого назначения».[398]

Ситуация в стране была катастрофическая, возможен был взрыв народного возмущения. «Для большей гарантии Кремль привлёк к работе „антикризисного штаба“ ещё не утратившего привычку к широким популистским жестам нового губернатора Красноярского края Лебедя …Бывший „командарм-14“ был тогда единственным российским политиком, способным подавить народные волнения и благодаря определённому авторитету в армейской среде уговорить военных „остаться в казармах“.[399]

30 октября 1998 года Генеральная прокуратура совместно с МВД и ФСБ завершила проверку деятельности Центробанка в связи с событиями 17 августа. Проверка проводилась в связи с тем, что в результате деятельности Банка России стране был нанесён ущерб в 1 млрд. долл. Было возбуждено три уголовных дела.

Вскоре виновные в «чёрном августе» были названы. Но наказывать их никто особенно не спешил. 18 марта 1999 года Члены Совета Федерации обратились к президенту России, правительству и органам исполнительной власти субъектов РФ с просьбой принять меры к тому, чтобы лица, подготовившие и принявшие решения от 17 августа 1998 года, не могли более занимать должности на государственной службе.

В России была написана книга «Преступление и наказание», но в реальной российской жизни эти два явления не всегда следовали один за другим.

Дефолт августа 1998 года привёл к падению правительства Кириенко, что произошло не только в связи с самим «чёрным августом», но и благодаря политическим интригам. По мнению Анатолий Куликова: «Одной из причин падения правительства Кириенко, на мой взгляд, было и то, что Борис Березовский, выполнявший в российской политике роль нотариуса, заверяющего сделки о продаже бессмертных душ, разочаровался в несговорчивом Кириенко».[400]

6.4. Возвышение Примакова и Лужкова

Политическая обстановка накалялась. Все ждали перемен. Перемен не только в правительстве, но и в руководстве всей страной.

После катастрофы при премьерстве Кириенко Борис Ельцин попал в тяжелейшее политическое положение. Дело даже не столько в катастрофе, которая постигла всю страну. Для него своя рубашка была ближе к телу, но популярность тогдашнего российского президента упала крайне низко. Власть президента шаталась, конкуренты подняли голову и как голодные волки почувствовали привкус долгожданного пиршества над поверженным врагом. И это все на фоне плохого состояния здоровья Ельцина, которое поправить было уже нельзя. Даже просто для его здоровья было необходимо отойти от тревог и переживаний, связанных с управлением страны. Старому больному человеку было трудно не просто управлять страной, но и удерживаться у власти. Явно маячил период, когда могло наступить возмездие и самому президенту и всей его «Семье». Нужно срочно что-то делать.

Есть такое русское выражение: старый конь борозды не испортит, но и глубоко не вспашет. После экономического коллапса Ельцин сначала попытался вернуть во власть Черномырдина. 18 августа 1998 года, прервав отпуск, Черномырдин срочно возвращается в Москву. Начинаются непрерывные политические консультации. 19 августа он встречается с Александром Лебедем и Геннадием Селезнёвым. 20 августа — с Геннадием Зюгановым и Николаем Рыжковым. Обещает им, что «никаких Чубайсов, Гайдаров и Немцовых в правительстве не будет».