Черепашки-ниндзя. Бэтмэн против Двудушника

Толстяк привел в чувство тощего и сказал ему:

– Ты что, вчера рому перебрал?

– Нет, нет, я слышал, что она разговаривает, – бормотал побледневший покупатель, – я тебе дам двести долларов за говорящую черепаху.

– Нет, нет, – сказал толстяк, – обойдемся без твоих долларов. Я раздумал, черепаха не продается.

После визита для Микеланджело снова принесли бананов. Ему надоели бананы, он уже не мог на них смотреть. Впрочем, он понимал, что ему нужно набраться сил и поэтому с отвращением на лице ел бананы.

Когда все ушли, Микеланджело снова принялся перетирать веревку.

К концу дня веревка все-таки лопнула. Микеланджело попытался пошевелить освободившимися руками. Сначала это оказалось невозможным. Остававшиеся неподвижными несколько дней, его руки стали точно деревянными. Мало-помалу способность двигаться все же вернулась к ним. И тогда Микки кое-как развязал ноги.

Микеланджело был свободен, по крайней мере сделал первый шаг к свободе. Второй шаг еще предстояло сделать – выбраться наружу через окно, до которого он теперь мог достать и через которое он видел траву. Обстоятельства ему благоприятствовали, никто больше не приходил.

Вечерело. Когда наступит ночь, кто поймает его, если ничего не видно в десяти шагах? Впрочем, в подвал вернутся только завтра. Когда заметят его исчезновение, будет уже поздно.

Серьезная трудность, даже более чем трудность, совершенная невозможность остановила первую попытку. Дело в том, что окно оказалось слишком узким, чтобы пропустить панцирь. И Микеланджело, напрасно истощив силы, должен был признать препятствие непреодолимым. Задыхаясь он упал на бетонный холодный пол.

Неужели ему не суждено выйти отсюда? Неужели его друзья останутся без помощи?

Микеланджело долго созерцал темный квадрат окна, потом, решившись на новые условия, разогнался и отчаянным броском устремился в зияющее отверстие, решив прорваться во что бы то ни стало.

У него из ссадин текла кровь. Панцирь, который был защитой во многих случаях, сейчас мешал ему.

После настойчивых усилий Микеланджело наконец протиснулся в проем. Теперь ему было необходимо выломать решетку снаружи окна. Изодрав руки в кровь, Микеланджело расшатал решетку и сбросил ее. Но получилось так, что панцирь крепко застрял в проеме окна.

Микеланджело не мог двинуться ни вперед, ни назад. Напрасно он бился, все было бесполезно. Микеланджело попался в ловушку.

Он перевел дыхание. Никогда еще отважный ниндзя не попадал в такой переплет. Что его могло спасти?

Микеланджело оставался в идиотской позе уже несколько часов. Скоро начнет светать. Тогда люди обнаружат, что он хотел убежать, и уж точно засадят его в такую тюрьму, откуда он уже не выберется.

Микки внимательно всматривался в полумрак и обнаружил, что окно выходило во внутренний двор, в котором двигались какие-то странные животные. Прислушавшись, Микеланджело сообразил, что это были обыкновенные быки. Микеланджело начал чмокать, приманивая животных к себе. Его попытки оказались безуспешными.

Микеланджело чмокал и так, и этак, сюсюкал, мяукал, однако ленивые животные шумно вздыхали и монотонно пережевывали жвачку.

Неожиданно одно из животных поднялось сначала на задние, затем на передние ноги, с удовольствием потянулось и, все-таки привлеченное черепашкой начало приближаться к окну.

– Ну иди сюда, миленький бычок, иди сюда, радостный мой, хороший ты мой, – шептал возбужденный Микеланджело, предчувствуя скорое освобождение.

Круторогий бык остановился в нескольких шагах от черепашки и удивленно мигнул. Еще несколько минут понадобилось, чтобы подманить быка ближе. Удивленное животное обнюхало руки черепашки, потянулось понюхать его панцирь.

В этот момент Микеланджело начал почесывать быка между глаз, потом по его вихровинке, затем между рогами. Животное блаженно вытягивало голову, подставляя то правое, то левое ухо. Наконец Микеланджело это надоело и он резко ухватил быка за рога.

Бык испугался и отпрянул от окна, на что и рассчитывал Микки. Правда не сразу удалось освободить панцирь из пролета, но бык уперся всеми четырьмя ногами в землю, подался назад и вытащил-таки черепашку из окна. Это оказалось довольно больно. На панцире проступила кровь в нескольких местах. Но Микеланджело не замечал ран. Он с благодарностью похлопал быка по шее и принялся осматривать окружающую его местность.

Участок, на котором стоял дом с подвалом, был окружен довольно высоким забором. Рядом с забором стояло дерево, ветки которого простирались на улицу. Микеланджело, стараясь не шуметь, подошел к дереву и вскарабкался на него.

По ту сторону забора стоял фургончик, в котором его привезли сюда. Микеланджело спустился по веткам дерева на землю и оглянулся. Никого не было. Тогда он проник в кабину. Ему нужно было бежать подальше от этого места. Чем быстрее, тем лучше. Желательно до рассвета.

Чтобы не разбудить хозяев, Микеланджело снял автомобиль с тормозов и, упершись изо всех сил, начал толкать его сзади. Автомобиль медленно покатился по дороге.