Черепашки-ниндзя против Злобного Крага

А Грегори и Микеланджело собирают­ся завтра отправиться в горы, — задумчиво проговорил Краг. — Придется мне отпра­вить Куко, чтобы он договорился с моими союзниками гноррами. От кинжалов ли гнорров, в пасти ли подземного чудовища, или под каменным завалом, но эти двое должны найти свою смерть. И тогда ничто меня не остановит.

—                  И тогда моя месть исполнится, — тихо произнесла королева фей.

—                  Как жаль, что я не смогу лично воз­главить погоню за Микеланджело и Грего­ри, — досадливо стиснул кулаки узурпа­тор. — Но меня ждут другие, более важные дела. Моя армия готова к походу. Ей ну­жен предводитель. Очень скоро я вторгнусь в Каледийское герцогство во главе своих легионов.

—                  Удачи тебе, Краг! — пожелала злая фея. — Черный меч сохранит свою волшебную силу. Но помни и о белом мече.

-                     Буду помнить об этом всегда, — пообе­щал Краг.

-                     И пусть тебе сопутствует удача, — по­прощалась с ним королева фей. — Пока ты будешь непобедим на суше, нашему могу­ществу ничто не будет угрожать. Да хранит нас черный меч!

О, да! Удача отныне у меня в руках. Никто не сумеет вырвать ее у меня из рук! — захохотал узурпатор. — Отныне миром бу­дет править мрак и злоба!

От этого жуткого смеха повелителя у Ку­ко пошел мороз по коже. Куко искренне опасался, что если в этом мире останутся одни злодеи, то его дни сочтены — какой- нибудь сильный злодей быстро отправит бедного Куко на тот свет! Но он был так сильно предан Крагу, что подавил в себе всякие сомнения.

Глава 6

На следующее утро Грегори и Микеланд­жело спустились в подвал замка, где хра­нилось оружие. Там, под закопченными балками, сверкали копья, шпаги, мечи, па­лаши, клинки, кинжалы — все, что нужно было для того, чтобы убить человека или волка.

Под каждой перекладиной стояли ры­царские доспехи и казалось, что в них еще обитает душа храбреца, который на­девал их когда-то, отправляясь на вели­кие подвиги. Рукавицы сжимали своими железными пальцами копье. Щит упи­рался в набедренник, словно показывая, что осторожность не претит мужеству и что истинный воин вооружается для за­щиты не менее тщательно, чем для напа­дения.

Но Грегори решил не отягощать себя тя­желыми латами, которые могли оказаться совершенно бесполезными в подземелье. Умбрийский принц облачился в добротную старинную кольчугу и взял щит, на кото­ром во всей красе был изображен Каледийский герб — золотое сердце.

Они взяли с собой в дорогу мешок с суха­рями и две большие фляги с водой. Грего­ри обулся в кожаные сапоги на толстой подошве, в которых удобно было идти по камням, и одел легкий шлем. Из вооруже­ния он отдал предпочтение мечу. Они ре­шили не брать с собой лошадей, от кото­рых также не будет никакой пользы в подземелье.

В полдень отважные путешественники вышли из замковых ворот. Стоя на верхней площадке сторожевой башни, герцогиня Каледийская махала им вслед белым шел­ковым платком.

Вскоре они достигли предгорий. Чтобы сократить путь, Грегори и Микеланджело пошагали не по тропе вдоль хребта, ко­торый сильно выгибался в сторону, а на­прямик — через унылую, изрезанную овра­гами равнину с островками колючих зарослей.

Горный хребет, параллельно которому они двигались, повернул на запад. Отваж­ные путники двигались по предгорному плато, рассеченному трещинами черных ущелий и отвесными стенами высоких уте­сов.

Извилистые, давно заброшенные тропы часто заводили в тупики — то к обрыву над бурным пенистым потоком, то к широкой и глубокой расселине, то к пологому спуску в бездонную трясину. Все это сильно задер­живало продвижение Грегори и Микеланд­жело.

Неожиданно за одним из утесов послы­шались голоса. Микеланджело замер, ин­туитивно потянувшись к рукоятке саму­райского меча. Но в следующую секунду, разобрав отдельные слова, пришел в изум­ление. Ему были знакомы эти голоса! Он часто слышал их до того, как отправился на машине времени из двадцатого столетия в девятое. Это были голоса его старых вер­ных друзей!

Через секунду на тропе показались трое черепашек-ниндзя. Леонардо хранил за­думчивое молчание, а Донателло и Рафа­эль, как обычно, переругивались. Повод для подзадоривания, как всегда, быстро нашелся.

—                  Вот и верь после этого Донателло! — громко возмущался Рафаэль. — Как можно было так ошибиться в выборе курса!

—                  Никто из нас не совершенен, — вяло защищался Донателло, прекрасно осозна­вая собственную вину в происшедшем.

Мы должны были оказаться после пе­ресечения временной спирали в Умбрии, а вместо этого попали в какую-ту неизвест­ную страну! — продолжал возмущаться Рафаэль.

—                  Я не думаю, чтобы нас забросило слишком далеко от Умбрии, — оправды­вался Донателло. — Ошибка в расчетах бы­ла очень мелкой. Я ошибся на какую-то сотню-другую миль.

—                  Хороша ошибочка! — саркастично вос­кликнул Рафаэль. — Где же нам теперь ис­кать Микеланджело?

—                  Меня не надо искать, парни! — радост­но закричал Микеланджело. — Я сам вас нашел!