Черепашки-ниндзя против Злобного Крага

—                  Да вот, рассказывал, будто в тот са­мый день, когда вы с Клер ушли, не спросясь, на прогулку, с которой не верну­лись, — мой муж отправился в горы продавать лошадь. Он задал скотине доб­рую меру овса, намоченного в сидре, чтобы в глазах у нее появился блеск, а поджилки стали тугими, и повел ее в горное село на ближний рынок...

—                  Изрядный он, однако, плут, — пробор­мотал себе под нос Микеланджело.

...Там он сбыл лошадь за хорошие деньги, так что ему не пришлось пожалеть ни об овсе, ни о сидре. Что скотина, что че­ловек — и тех, и других по наружности уважают. Мой муж уж так был доволен, что удачное дельце сладил, и на радостях решил угостить приятелей. Да еще вздумал поспорить с ними, кто кого перепьет...

—                  Нашел, о чем спорить! — недоумеваю­ще пожал плечами черепашка-ниндзя.

—                  ...А да будет вам известно, монсеньер, нет такого человека, который может тя­гаться с моим муженьком, когда дело дохо­дит до стаканчика. И вот, в тот самый ве­чер, после того, как он всех перепил, пришлось ему возвращаться одному в су­мерках. Он попал не на ту дорогу, потому как свою не узнал...

—                  Жаль беднягу, - громко посочувство­вал Микеланджело. — Надо было ему меньше пить. Это вредно для здоровья.

—                  ... Вот идет он мимо какой-то пещеры и видит, ясно видит, хоть и час поздний, — целая толпа маленьких человечков тащит на носилках девушку. Он, конечно, бежать со страху, чтоб не случилось худа, потому, хоть и выпивши, а ума все-таки не поте­рял...

Трус, — тихо сказал Микеланджело, думая о том, что если бы муж Мариллы тогда не задал стрекача, ему сейчас не при­шлось бы терять время на поиски Клер.

—                  Но неподалеку от этой пещеры обро­нил он свою трубку и нагнулся поднять, а попалась ему под руку маленькая атласная туфелька. Он так удивился, что сказал про себя: «Первый случай такой, когда трубка в туфельку превращается». Он подумал, что, верно, та девушка, которая туфельку в лесу потеряла, и была похищена глуммами и как раз это похищение он и видел. Он уж было сунул туфельку в карман, но в эту са­мую минуту человечки в колпачках набро­сились на него и надавали ему таких опле­ух, что он совсем растерялся — так и застыл на месте.

—                  Марилла! Так это же туфелька Клер! - вскричал Грегори. — Я помню, как она по­теряла ее, как не могла идти дальше из-за этого. Дай мне ее скорее, чтобы я мог ее расцеловать! Я положу ее в шелковый ме­шочек и буду носить у себя на сердце. Я бу­ду носить ее до тех пор, пока не разыщу Клер.

С удовольствием бы, монсеньер, да только где же ее взять-то теперь? — разве­ла руками Марилла. — Глуммы отняли туфельку у моего бедного мужа, и он даже думал, не потому ли ему так здорово и досталось от них, что он собирался ее в кар­ман сунуть и показать нашей герцогине.

—                  Ты знаешь, где находится вход в эту пещеру? — спросил Грегори.

—                  Знаю, да только не следует вам туда ходить...

—                  Мы не боимся опасностей, — заверил ее умбрийский принц.

—                  Не в опасностях дело...

—                  А в чем же?

—                  А в том, что глуммы этот вход замуро­вали. Мой муж недавно проезжал в тех ме­стах и специально свернул поглядеть. Он сказал, что глуммы так плотно заложили пещеру, что туда теперь даже червячок не проползет...

—                  А есть другой вход в подземелье? — спросил Микеланджело.

—                  Поговаривают, что есть, да только ни­кто из тех, кто туда отправлялся, назад не вернулся, — испуганно ответила Марилла.

—Мы будем первыми, — улыбнулся Ми­келанджело. — Как туда можно добраться?

Муж мой говорил, что этот второй вход в пещеру находится в десяти милях от первого. Надо, мол, ехать все время на вос­ток по заброшенной дороге. А дальше на­чинается русло пересохшей речки. По ней и следует двигаться, чтобы достичь входа. Только заклинаю, монсеньер, не ходите туда!

—                  Не бойся за нас, дорогая Марилла! - поцеловал Грегори старую кормилицу. - Мы скоро вернемся. И вернемся вместе с Клер.

Прошло немного времени, и на птичий двор тихо вошел человек, закутанный в черный плащ, с низко опущенной на глаза шляпой.

—                  Тебе чего надо? — неприветливо ок­ликнула его Марилла.

—                  Мне надо кое-что передать тебе от мо­его господина, — ответил незнакомец, сни­мая шляпу.

Это был Куко. В руке он держал большой кожаный кошелек, туго набитый моне­тами.

—                  Здесь сто золотых, — внушительно произнес Куко. — Я видел, как совсем не­давно к тебе заходили два человека. О чем они с тобой беседовали? Скажешь — полу­чишь деньги.

Марилла крепилась изо всех сил, но вид денег превозмог все колебания.

Это были принц Грегори и его друг Микеланджело, — ответила она. — Они со­бираются отправиться в пещеру глуммов через вход, из которого до сих пор еще ни­кто не вернулся.

От души расхохотавшись, Куко кинул старой женщине кошелек.