Чернильное варенье. Женские истории к чаю

– Вы меня учите, у вас жизненный опыт больше.

Кардинальные перемены раздирали не задубевшую душу. Хотелось домой, в привычную обстановку, к родным. Да и мама с папой в телефонном разговоре высказывали обиду. Плакала в подушку. Из близких в городе остались только муж и малышка. Не пожалуешься. А тут еще строгая холодная хозяйка требует идеальный порядок. Жизненный уклад изменился на 180 градусов. Подружки остались далеко-далеко, а по звонку не расскажешь. Тоска охватила молодую хозяйку.

Сережа видел, что жене нелегко. Жалел, волновался, но семью содержать кто-то должен. Он реже являлся домой. Зарабатывал деньги. Пришлось кроме ремонтных работ на судне сторожить его по ночам. Привыкал обходиться без девчонок своих.

Когда становилось совсем тоскливо, Света потеплее укутывала малышку и плелась с конвертом по зимней пурге в сторожку к Сереже. Хоть и тесно там было спать на деревянных полатях, но рядом.

Мария Дмитриевна изучала украдкой Свету с дитем, приглядывалась. Укажет на нечищенную раковину и ждет, когда молодая огрызнется.

А та только и отвечала:

– Ох, не приметила, приберу сейчас, вытру.

Не избалованна девушка. Мама ее много работала, а девочка больше с отцом оставалась. Чему смог, научил.

– Светлана, зачем воду с крупы сливаешь, там же самый навар. Добавляй молока и будет вкуснее каша. А блины? Ну кто блины так заводит. Подсолнечного масла подлей, – не успокаивалась хозяйка.

Мария Дмитриевна харизмой и остротой слова походила на Фаину Раневскую. Прямая. Колкая, как актриса. В разговоре не лебезила.

Спустя месяц атмосфера в доме согрелась. В тот день хозяйка отправилась на привычную прогулку. Выходила строго при параде: элегантное пальто, шляпа с бантом из фетра на боку, длинные перчатки, сумка на сгибе руки.

Уложенные волосы и губы с оттенком малины напрочь срезали возрастные десятки ухоженной женщины.

Возвратилась вдохновленная, отдохнувшая. По обыкновению ушла на балкон, зажгла сигарету и смаковала вишневый дым. Ребенок спал. Света развешивала белье.

– Нравится мне твое воспитание, милочка. Валерка сколько подруг приводил, все на замечания скалились. Гонор показывали в моем же доме, – усмехнулась и продолжила. – А тебе что ни скажу, принимаешь с благодарностью. А так и надо. Я ведь не со зла. Потому что научить хочу, помочь.

– Всегда говорю, учите, Мария Дмитриевна, мне за радость, – ответила девушка.

– Это и удивительно. Вроде молодая, а послушная. Сейчас молодежь возраст в почет не ставит. Ты на меня не сердись. Думаешь, я грымза бессердечная?! – дама с сединой прервалась. Прищурившись, гладила глазами горизонт.

– В молодости я другая была. Веселая, открытая, легкая. Вот на тебя смотрю и себя вижу. А потом судьба подняла надо мной свою жгучую руку. Отхлестала по щекам, не пощадила. Сначала мужа забрала, потом и детей прихватила. Вот, внука оставила, и на том спасибо. Его поднимать надо было, я пошла работать портнихой. С утра до ночи. Дорастила до мореходки, отучила, стал в плаванья уходить на полгода. А я все одна. Как-то незаметно жизнь запекла, черствость и проявилась.

Женщина затянулась и выпустила дым протяжной струйкой.

Света стояла статуей, вцепившись в железный тазик. Не ожидала таких откровений, да и о прошлом хозяйки раньше не размышляла, а тут такие подробности. Подошла, обняла тихонько.

После этого случая дни девушки полетели. Мария Дмитриевна с охотой обучала портным премудростям, кухонным хитростям. Да и советы для семейной жизни давала. Стала приглядывать за малышкой. Расстелит одеяло и смотрит на девочку, любуется, как та игрушки перебирает да ползти пытается.

Попробовала на руки взять, девчушка не испугалась, обрадовалась. Так у Марии Дмитриевны забота появилась. Отдушина. Зайдет Света в зал из кухни, а «девчонки» ее хохочут с погремушкой.

Вечерами прогуливались вместе. Идут вдвоем и коляску впереди катят, а прохожие спрашивают:

– Мария Дмитриевна, с внучатами гуляете?

Она гордо в ответ улыбается:

– Да уж, с правнучкой.

В сталинке стало еще теплее, смех заполнил каждый уголок. Заскочил как-то Валерка на обед и спрашивает:

– Вы что с моей бабулей сделали? Она ж теперь не ходит, а порхает!

– Мы дружно живем, заботимся друг о друге, – с улыбкой отвечала Светлана.

Муж поступил учиться в автошколу. Машина требовалась, а прав не было. И без того редко гостил дома с двумя работами, да еще добавились курсы до ночи. Возьмет Света малышку на руки укачивать, встанет у окна и ждет, когда в свете сального фонаря покажется родная фигура. Тот домой придет, говорит мало, отвернется к стене и спит. Так и не стали видеться. Изгрызли мысли молодую девушку: мужа теряет, общение леденеет на глазах.

Пожилая подруга навела всезнающий взор на Свету:

– Что-то, дева, смотрю я, ты сама не своя. Вижу, отношения не ладятся, домой не спешит Сергей. Ты с малышкой, вся в быту, волосы не крутишь, макияж не наводишь. А надо быть интересной. Мужчины же глазами любят. Им всех наших сложностей не понять. Вот подрастет девчонка, на работу иди. Он ценить лучше будет. Пошли, покажу тебе вот что…