Черный Гиппократ

— И, конечно же, хотелось другой жизни: чтоб копейки не считать от зарплаты до зарплаты, чтоб приодеться да на танцы пойти — а не сидеть вечерами под слепой общежитской лампой и не штопать рваные колготки… Да и общежитие уж, верно, в печенках сидит! Своего угла хочется… Правда?

— Правда, — опять кивнула Рита.

— Заработка не хватает. Приходится дополнительные дежурства просить. А денег все равно мало — хоть и крутишься, будто белка в колесе. А мальчики любят девочек нарядных, уверенных. И получается — замуж трудно выйти…

— Я не понимаю, Фаина, к чему ты это…

Фаина, грациозно выпятив грудь, прошлась вокруг Маргариты:

— А ты сама погляди на себя, милочка. Ты же девушка — ничего! Видная!.. Приподними халатик, дорогуша… Что за белье на тебе? Разве такое белье должно быть на молодой девушке?.. Грудка у тебя хороша, не спорю. Такая нежная белая кожа — самое место золото носить!.. А туфли твои в гардеробе стоят — обцарапанные, как у пенсионерки, каблуки — стоптанные. А одежда — старье…

Рита посмотрела на Фаину с укором:

— Но мне же не помогает никто. Что сама заработаю, то и имею. Сестринская зарплата, сама знаешь, какая…

— Сестринская зарплата… — хмыкнула Фаина. — Плевать тебе на нее! Это крошки для воробья.

— А как! — Рита выпрямилась и непонимающе уставилась на Фаину.

— А так! Головушкой думать надо… — Фаина оглянулась на дверь. — Если хочешь, могу подсказать…

— Воровать, что ли? — у Риты были тревожные глаза. — Но я же не старшая сестра. Это у нашей блондинки все козыри на руках: хочу — продаю, хочу — списываю…

— Забудь про эту Корову, — сверкнула глазами Фаина. — Со мной подружишься, я тебя поближе с врачами сведу. Они к тебе давно уже приглядываются… Ты для нас девочка подходящая!

— В каком смысле? — Рита сделала вид, что не понимает, а на самом деле кое о чем начала догадываться.

— Да в любом смысле. Во-первых, не болтливая. Сколько мы работаем вместе, а я о твоих проблемах только догадываюсь. Во-вторых, знаешь, почем фунт лиха — не сладко в жизни пришлось… В-третьих, у тебя много нерешенных вопросов. Денежки, ох, как нужны!.. В-четвертых, руки у тебя быстрые — любое дело спорится. Как такое не оценить!..

— Вообще-то да! — задумчиво ответила Маргарита.

Фаина оживилась:

— Вот и прикидывай, как свои возможности половчее пристроить.

— А как?

Фаина смотрела на нее внимательно. Если б кто взглянул на них сейчас со стороны, он мог бы подумать, что Фаина Маргариту гипнотизирует.

Фаина улыбнулась:

— Ну я тебе этого сейчас не могу сказать. Не уполномочена и вообще… Однако намекну: есть неплохой бизнес. И он растет. Мы на подъеме сейчас. Новые сотрудники нужны. Понимаешь?

— Понимаю, — кивнула Рита. — Слышала что-то краем уха.

— Слышала? — неприятно удивилась Фаина.

— Ну… фантазии всякие… — оговорилась девушка. — Далекие от медицины люди чего только не наговорят!..

— Впрочем это не важно, — махнула рукой Фаина. — Всегда ходят какие-то слухи. Иногда очень неправдоподобные… А ты подумай!.. Долго тебе еще в обносках ходить? Или старой девой хочешь остаться?.. Подумай, дорогая. Ты нравишься нам…

Фаина уже взялась за ручку двери.

— Подожди, Фая, — остановила ее Рита. — А тот доктор… Пашкевич… Он тоже?..

Фаина усмехнулась:

— У Пашкевича только диссертация на уме. Поверь, он никогда не будет ездить на «мерседесе»…

Фаина вышла, а Маргарита села на кушетку. Схватилась руками за виски. Почти нестерпимо болела голова:

— Господи Боже мой! — прошептала Рита. — Неужели все это мне не снится?.. И за кого они меня принимают вообще?.. Или я выгляжу такой стервой?..

Владимир возвращался к себе в палату, когда его окликнул Перевезенцев:

— Зайди, браток, разговор есть.

Владимир посмотрел, нет ли в коридоре кого из врачей и проскользнул в палату к Алексею.

— Ерунда, можешь не прятаться, — успокоил Перевезенцев. — Они к комиссии какой-то готовятся, что ли. Им не до нас сегодня.

Нестеров сел на стул:

— Есть какие-нибудь новости?

— А как же! — глаза Алексея так и сияли. — Моя фирма работает исправно… Приходил Саша Акулов. И вот что ему удалось узнать… — тут Алексей перешел на шепот. — Лейтенантик мой с Москвой созвонился — есть у нас в первопрестольной друзья…

Нестеров склонился к Алексею, чтобы лучше слышать. А тот все шептал:

— Факс прислали. Иванов и Блох вместе учились. В одной даже группе. Иванов — старостой был. Блох — комсоргом; до известных событий. Кстати у Иванова в первом медицинском отец преподает…

— Да, да. Я уже вспомнил.

— На всякий случай весь список группы прислали — достали из архива. Так вот, в группе, кроме Иванова и Блоха, еще учились некто Башкиров Виктор Леонтьевич и Самойлов Антон Петрович… Остальные — девушки… ну… или женщины — я не знаю! — Алексей улыбнулся. — Мои ребята закинули удочку туда-сюда. Хорошие у меня — смекалистые инициативные ребята. Коллеги московские в учебной части института пошустрили, наши, питерские — в горсправке, в отделе здравоохранения… И что ты думаешь!.. Оказывается, и Башкиров, и Самойлов ныне жители Петербурга. Башкиров на «скорой помощи» работает. Усекаешь?..

— Очень даже!..

— А Самойлов. Где б ты думал?

Владимир пожал плечами: