Черный крест и красная звезда. Воздушная война над Россией. 1941–1944

Благодаря постоянному пополнению из резервных корпусов воздушные армии за короткое время превращались в боеготовые соединения. В 1942–1943 гг., когда советские ВВС приняли вызов немцев и делали все для того, чтобы перехватить стратегическую инициативу в воздухе, советские воздушные армии состояли из 900–1000 самолетов каждая. В 1944–1945 гг. средний уровень оснащенности достиг 1500, а на последнем наступательном этапе — захвате территории Германии и штурме Берлина — оснащенность воздушных армий достигла 2500–3000 самолетов.

Гигантские объемы производство самолетов позволили авиакорпусу резерва Ставки производить массированное пополнение фронтовых соединений. Например, для усиления 1, 2, 4 и 16-й воздушных армий во время наступательной операции «Багратион», развернувшейся в Белоруссии летом 1944 г., в эти армии было послано более 3000 самолетов.

Одновременно с формированием воздушных армий главнокомандование советских ВВС приступило к созданию однородных авиачастей — дивизий и полков. Главной боевой единицей советских ВВС стали авиационные полки, которые могли эффективно воевать и оказывать более действенную поддержку армии. Такая организация облегчила формирование советских ВВС и управление ими.

В 1943 г. произошло резкое увеличение состава штурмовых частей, теперь штурмовой полк стал насчитывать 22–25 самолетов. В 1943 г. в боевых авиаполках стали появляться одномоторные самолеты, например Як-7Б. По тактическим соображениям дивизиям штурмовиков придавался полк истребителей, которые сопровождали штурмовики к месту боевых действий и осуществляли разведку.

Генерал Новиков произвел перестройку эскадрилий, полков и дивизий ВВС, чтобы они лучше отвечали потребностям войны.

Руководство советских ВВС в Москве играло в этом процессе второстепенную роль. То, что советским авиационным соединениям удалось сорвать немецкий блицкриг и зимой 1941/42 г. перейти в наступление, не было его заслугой, как покажут приведенные ниже факты.

Лица, ответственные за развитие ВВС, с Новиковым во главе, при поддержке гражданских служащих авиационной промышленности попытались в 1942 г. в качестве следующего шага, опираясь на мощный комплекс авиатранспортных предприятий, а также поставки союзников по ленд-лизу, изменить организацию ВВС, чтобы она соответствовала реальностям русско-германской войны.

Новиков, новый главнокомандующий ВВС, стремился к большей самостоятельности в принятии решений и к кардинальным изменениям в организации и тактике. На это его натолкнуло ожидание нового немецкого наступления и необходимость спасти Россию. Под руководством Новикова были сформированы самостоятельные воздушные армии. Эти глубокие перемены позволили в 1942 г. осуществить эффективную координацию действий фронтовой авиации и Красной армии. Дальняя бомбардировочная авиация, когда-то составлявшая основу советских ВВС, а затем отодвинутая на второй план, получила второе рождение и стала играть большую роль в тактических операциях.

Так, по словам генерала Вершинина, первые наступательные операции 1942 г. стали «часом рождения русской наступательной тактики в воздухе».

Москве не хватало самого элементарного опыта в деле обеспечения эффективности операций и тактической координации авиации и наземных войск. Отсюда высокие потери. Не помогала даже прославленная отвага советских летчиков.

Во время первой фазы боевых действий в воздухе советские ВВС не смогли «всей мощью ударить» по отступающим от Москвы немецким армейским частям. Это было крупной тактической ошибкой русских. Она частично объяснялась своеобразной практикой командования советских ВВС. Советские авиационные части были слишком прочно привязаны к наземным частям и были обязаны прежде всего оказывать поддержку им. Поэтому они редко вылетали для нанесения ударов в тылу противника.

Генерал А. И. Еременко в своих мемуарах «Трудное начало» описывал ограниченные возможности советских ВВС в январе 1942 г.: «4-я ударная армия Юго-Западного фронта имела лишь 60 самолетов, из которых боеспособными были только 53. Среди них было 16 ЛаГГ-3, 17 И-15 и 2 СБ, а также 18 По-2. И с этой малой боевой группой устаревших машин я должен был обеспечить прикрытие наступающих войск, уничтожать очаги сопротивления немцев, непрерывно атаковать отступающие немецкие войска и осуществлять перехват в тылу».

Как с таким количеством самолетов можно было вести активные боевые действия, не знал никто, в том числе и те, кто эти приказы отдавал.