Черный орден СС. История охранных отрядов

Так, газета буквально огорошила ультраконсервативный «Союз немецких офицеров» опубликовав выдержки из антинацистских выступлений членов союза на его земельном съезде, которые были занесены в закрытый протокол. Публицист Вильгельм Штапель был шокирован, когда газета привела цитату из письма, хранившегося в его столе, гласившую, что «на сторону Гитлера можно перейти лишь с консервативным отвращением и ужасом». Некий Вернер Грунд из Цвиккау, поблагодаривший британского премьер-министра Чемберлена за его усилия по сохранению мира, был немало удивлен, увидев этот текст в газете. А прокурор Вольфганг Денк из Лейпцига был ошеломлен публикацией его письменного обращения в правительство в защиту женщины, посаженной в концлагерь.

Время от времени газета официально признавала выдвинутые ею необоснованные обвинения или сделанные какими-то другими организациями и лицами неправомерные сообщения. Летом 1940 года, например, она поместила заметку, согласно которой «висбаденская судебная палата, приговорившая вначале к четырем годам тюремного заключения некоего местного жителя, обвиненного как подрывной элемент на основании публикации „Черного корпуса“, впоследствии во всем, к счастью, разобралась».

Согласованные действия СД и газеты могли бы принести еще большую пользу, если бы Гейдрих хотя бы соблюдал установленные в рейхе правила партнерства между прессой и секретной службой. Талантливый демагог, Гюнтер д'Алквен противился попыткам Вильгельмштрассе навязать «Черному корпусу» собственные тактические приемы. Ряд выступлений газеты противоречил интересам СД, характер и суть которой в то время для многих еще были непонятны. Между обоими партнерами поэтому стали накапливаться противоречия. Главный редактор газеты не допускал предварительной цензуры своих материалов со стороны СД, не пожелал принести в жертву своего попавшего под подозрение сотрудника Хайнара Шиллинга и возмущался использованием для маскировки некоторых действий СД удостоверений сотрудников «Черного корпуса». Люди Гейдриха же со своей стороны заявляли, что газета зачастую перебарщивает в своих нападках на действительных, а то и мнимых врагов режима и все в меньшей степени использует материалы, предлагаемые СД, в результате чего участились проколы.

Постепенно отношения между Вильгельмштрассе и Циммерштрассе охладели настолько, что Гейдрих был вынужден назначить в редакцию своего представителя — штурмбанфюрера СС фон Кильпинского, который должен был наладить хорошие отношения между обоими учреждениями.

Д'Алквен жаловался: «Мне очень жаль, что сотрудники СД, которые хотят с нами сотрудничать, обращаются со мною, как с каким-то посторонним человеком». Олендорф так сформулировал претензии своей службы к «Черному корпусу»: «Статьи газеты зачастую исходят из ложных предпосылок, делая необоснованные обобщения… Бросая тень на действительность, они вряд ли смогут воздействовать должным образом на читателей… и даже более того, своими формулировками и тоном они побуждают порядочных национал-социалистов встать на сторону лиц, подвергшихся, может быть и не без основания, ее нападкам».

Олендорф потребовал, чтобы их сотрудничество исходило из ряда условий, согласно которым «Черный корпус» станет впредь осуществлять свои выпады против тех или иных лиц, предварительно убедившись в соответствии фактам выдвигающихся обвинений и в готовности СД оказать свою помощь в этих вопросах, и чтобы поднимаемая проблематика предварительно согласовывалась с СД в целях более лучшего использования имеющихся у нее материалов и знаний".

Но редакция газеты отказалась признать руководящие претензии СД.

Да и Гейдрих убедился в том, что дальнейшая работа с общественностью с использованием «Черного корпуса» больших успехов ему не сулит. Перед ним вновь встал старый вопрос: в чем должна заключаться главная задача службы безопасности? Как выход из создавшегося положения напрашивалось слияние обоих его аппаратов — службы безопасности и гестапо — в единое целое.

Глава 9ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ИМПЕРСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

Райнхард Гейдрих почувствовал опасность: служба безопасности и гестапо — две составляющие его аппарата господства — могли парализовать друг друга. Обе они постоянно стремились к расширению своих властных полномочий и установлению тщательного контроля за нацией, и для обеих великая Германия Адольфа Гитлера оказалась слишком малой.

Стала ясна допущенная в свое время ошибка, когда, начиная с 1935 года, в период становления СД не была точно определена сфера ее деятельности и не установлены компетенции по отношению к гестапо.

Обе эти службы занимались, по сути дела, одним и тем же делом, что зачастую приводило к столкновениям между ними. Возникала даже своеобразная конкуренция. Так, отдел II А (марксизм) гестапо охотился за теми же самыми коммунистами-подпольщиками, что и отдел II 2 (левые партии и организации) СД.

Чтобы положить конец конкуренции между ними, Гейдрих издал 1 июля 1937 года распоряжение о разграничении их полномочий.