Черный орден СС. История охранных отрядов

Гиммлер не отменил своего распоряжения, но заявил, что не будет никого наказывать за использование названия «Украина». В 1945 году он пошел еще дальше, объявив о преобразовании галицийской дивизии в «1-ю дивизию украинской национальной армии». Украинский генерал Шандрук стал первым «недочеловеком», надевшим форму группенфюрера СС.

Другие народы Востока также оказались достойными внимания СС. К украинцам добавилась бригада под командованием русского проходимца Каминского. За ней последовала белорусская дивизия СС. Вскоре к ним присоединились казачьи подразделения, сформированные генерал-лейтенантом вермахта фон Паннвицем. Не обошлось и без советских мусульман.

Ряд офицеров вермахта и абвера уже давно высказывали мысль о необходимости формирования из советских военнопленных русской освободительной армии, которая могла бы выступить против общего врага, получив заверения в полном суверенитете России после окончания войны. Эта армия должна была быть не просто «вспомогательной силой», а равноправным союзником Германии.

Случай выдвинул на роль ее командующего генерал-лейтенанта Андрея Власова, участника обороны Москвы, бывшего командующего 2-й советской ударной армией на Волховском фронте, попавшего в плен к немцам в 1942 году. Военнопленный Власов заявил о своей готовности выступить совместно с немцами против Сталина. При поддержке некоторых молодых немецких офицеров, действовавших по собственной инициативе, Власов начал вербовочную работу в лагерях военнопленных. Ему удалось склонить к сотрудничеству довольно большое число.

Однако этот проект вызвал гнев у диктатора. Гитлер запретил вступать в любые переговоры с представителями русского национализма, так как считал, что они только помешали бы эксплуатации восточных территорий и духу колониальной политики национал-социализма. 8 июня 1943 года он заявил: «Я никогда не сформирую русскую армию, которая стала бы призраком первостепенной важности. И пусть ни у кого не создается впечатление, что мы… собираемся создать русское государство. Некоторые считают, что тогда был бы полный порядок, и мы получим миллион солдат. На самом же деле мы не получим ничего, ни одного человека, совершив лишь безумный поступок».

Друзья Власова были вынуждены капитулировать. Только небольшая кучка энтузиастов продолжала верить в возможность власовского движения. К их числу относились некоторые лидеры гитлеровской молодежи, национал-социалистские интеллектуалы, несколько офицеров и женщина по имени Мелитта Видерман, которая всячески пыталась познакомить Власова с влиятельными людьми третьего рейха. Урожденная петербурженка, секретарь редакции геббельсовского печатного органа «Атака» и постоянный автор антикоминтерновского сборника «Действие», она пришла к мысли найти поддержку власовского движения в рядах эсэсовского руководства. Ей удалось устроить встречу Власова с губернатором Галиции Вехтером на квартире своих родителей. И группенфюрер СС обещал поддержку. Но Гиммлер не решился воспротивиться приказам фюрера, сказав: «Мы не можем согласиться с идеей этого русского генерала, так как в подобном случае будем содействовать созданию новой русской нации».

Мелитта Видерман не отступилась от своего и стала атаковать магистра «черного ордена» письмами и посланиями, который судорожно цеплялся за устаревшие догмы.

"Теория «недочеловеков» в отношении восточных народов и прежде всего русских опровергнута практикой жизни, — писала Видерман Гиммлеру 26 мая 1943 года. — Они превосходно сражаются, жертвуя всем для своего отечества, они производят оружие не хуже нашего… Использование в рейхе миллионных масс восточных рабочих, а завтра и применение миллионных армий, сформированных из местных жителей, требуют устранения из нашей пропаганды теории «недочеловеков».

5 октября 1943 года Гиммлер прочитал ее новое послание: «Наши лозунги о „недочеловеках“ помогли Сталину организовать общенародную войну. Ненависть к нам безгранична… В то же время абсолютно ясно, что все русское крестьянство, значительная часть интеллигенции, а также средний и высший командный состав Красной Армии являются противниками большевизма и Сталина. Но мы своей политикой поставили этих людей в трагическое положение: либо сражаться за Сталина, либо поставить свой народ и самих себя в положение бесправных рабов, жителей разграбленной колониальной страны. А ведь „недочеловеками“ объявлен один из самых одаренных народов, относящихся к белой расе. Единственным выходом из создавшегося положения является новая восточная политика, создание на Востоке национальных государств и формирование русской освободительной армии… Дальнейшее продолжение тупой политики становится воистине опасным делом, если к тому же не видеть причин изменчивости военного счастья».