Черный снег на белом поле

Кругом становится все более грязно и уныло. Такого мрачного места я не видел давно. Проезжаем заброшенное промышленное предприятие. Запыленные осколки стекол в рамах. Ржавчина и тлен. Мы как будто приближаемся к какому-то эпицентру, из которого хаос, убивая все живое, распространяется все дальше и дальше.

Наконец — территория бывшей военной части. Пейзаж — как в «Сталкере». Какие «пришельцы» устраивали здесь «пикник»? Они точно не были людьми. И жестокость их была нечеловеческой.

Остатки стен какого-то строения. Кучи мусора, следы большого костра. Тауманов ведет нас к самому страшному месту.

Бетонное кольцо. Заглядываем вниз. В колодце — какие-то доски и бревна. Это Евгений ставил собственный следственный эксперимент — пытался поджечь дерево внутри коллектора. Не получилось... А тогда, 8 мая, милиция увидела на дне обгоревшие человеческие останки. Среди кучи мусора.

— Некоторое время назад, — рассказывает Евгений, — здесь был устроен пикет. Приезжали заместитель губернатора, представители прокуратуры и МВД. Предлагали всем разойтись. Все наши вопросы упирались в «тайну следствия». Впрочем, пикет был не напрасным. К нему примкнули родители тех детей, которые исчезали еще раньше. Оказалось, подобных случаев не так уж и мало.

Через некоторое время в квартире Таумановых мы смотрим многочисленные телевизионные репортажи, записанные в те страшные дни. Первые сообщения появились 9 мая, в День победы. На видеомагнитофоне ускоренно прокручиваем соседние новостные сюжеты — проскакивает парад, мельтешат какие-то ракеты и корабли, кто-то быстро-быстро возлагает алые гвоздики к мемориалу... Стоп. Теперь — медленнее. Теперь — про ту войну, что идет сегодня. Камера раз за разом заглядывает внутрь коллектора. Все краски весеннего дня гаснут в почерневшем бетоне.

Эти кадры увидела вся страна. О трагедии, по сути, заговорил весь мир. Знакомые одного красноярского батюшки, паломники, которые были в те дни в Святой Земле, узнали о происшедшем из израильской русскоязычной газеты. Удивил комментарий: теперь, дескать, антисемиты опять поднимут тему «кровавого навета». Странно! О версии ритуального убийства еще не было сказано ни слова. И вообще в основном говорили даже не об убийстве, а о несчастном случае. И вдруг — «кровавый навет». Ведь не вспоминают же о нем, в том числе и в израильской прессе, после других преступлений! Почему же такая догадка возникла здесь? Хотели упредить «антисемитов»? Или на воре шапка загорелась?

Коллектор... «Кровавый навет»... Все это заставляет вспомнить такую историю: «5 февраля 1840 года исчез отец Томас, католический священник, проживающий в Дамаске. В ходе расследования было установлено, что он посетил цирюльника по имени Сулейман в еврейском квартале города. Позднее евреи признались в преступлении и рассказали властям, где можно найти тело: внутри закрытой водосточной трубы. На трупе были обнаружены следы ритуального убийства». [9-2].

История вопроса и вопрос к историософии

Вернемся к истории определенного рода убийств или, иначе говоря, «кровавого навета».[87] Итак, сначала о святом мученике Гаврииле Белостокском.

Он появился на свет 22 марта 1684 года. Крещен был в Свято- Успенском Заблудовском монастыре, едва ли не единственной обители края, не поддавшейся униатскому искусу латинян. И семей православных, таких, какими были родители Гавриила Петр и Анастасия, оставалось на Белостокщине немного... Не ведали они, что рядом живут люди, в священной книге которых записано: «Забери жизнь Клифота и ублажишь Бога так, как если бы ты воскурил благовония». Клифот или клипот — нечто нечистое. Проще говоря, дерьмо. Не знали Петр и Анастасия: на языке изуверов это слово относилось и к их тихому, светлому сыночку.

Когда показавшаяся доброй рука неожиданно жестко схватила его, он, конечно, пытался вырваться. Но что могли сделать слабенькие ручки шестилетнего малыша?! Свою необоримую силу он явит позже. После своей земной смерти. И станет молитвенным защитником целого пограничного края.

11 апреля 1690 года, как сообщают судебные книги Заблудов- ской магдебургии, оставленного дома без присмотра мальчика выкрали. Прямо днем. У злодеев все было готово заранее. И инструменты мучительства разложены, и посуда для крови приготовлена. Посидели, конечно, над толстой, видавшей виды книгой. Словно для того, чтобы успокоить взволнованного, самого младшего из них, выбирали нужные места с виртуозностью начетчиков. У Рамбама написано: «Всякая кровь нам запрещена. Кровь человеческая позволена». Палец с длинным грязным ногтем торжественно поднялся вверх: и трактат Махширин называет семь чистых напитков: роса, вода, вино, масло, кровь, молоко и мед. Шулхан Арух — о том же: «Кровь скота и зверя употреблять в пищу нельзя, а человеческую кровь, ради пользы нашей, можно».