Черный снег на белом поле

Культур-большевизм. Отступление

Интересно, что «протестная культура» послужила, кроме всего прочего, и провокацией, на волне которой поднимался нацизм. «Пользовавшиеся широчайшей популярностью театральные постановки 20-х годов провокационно увлекались такими темами, как отцеубийство, кровосмешение и преступление. Характерным симптомом времени было высмеивание самих себя. Так, в заключительной сцене оперы Брехта и Вейля «Махагони» исполнители выходили к рампе и демонстрировали на плакатах лозунги: «За хаос в наших городах!», «За продажную любовь!», «Честь и слава убийцам!», «За бессмертие пошлости!».

В изобразительном искусстве революционный прорыв произошел еще до Первой мировой войны, и сам Гитлер был сторонним свидетелем этого сначала в Вене, а затем в Мюнхене. Но то, что первоначально воспринималось как оригинальничанье кучки фантазеров, видится теперь, на фоне потока полотен о перевороте, революции и избавлении, — объявлением войны традиционной европейской картине человека. Фовизм, «Голубой всадник», «Брюкке», «Дада» — все это кажется столь же радикальной угрозой, как и революция; это ощущение внутренней связи зафиксировано в популярном термине культур-большевизм. Соответственно и защитная реакция была не только такой же страстной, но и пронизанной все той же нотой страха перед анархией, произволом и бесформенностью. Как гласил характерный вердикт того времени, современное искусство — это «царство хаоса»...[57]

«Черный квадрат» на белом свете

Представьте: вот православный человек в недоумении остановился у «Черного квадрата». Скептически улыбнулся, почесал затылок. И вдруг вздрогнул. Из противостоящей ему плоскости донесся угрожающий рык. Из самой бездны мрака прозвучало обвинение в мракобесии. Таково свойство хаоса: он нагл и агрессивен. Он не знает разницы между истиной и ложью. Ему не ведом ни верх, ни низ; ни свет, ни тьма. Он — слепое экспансивное безумие.

Абстракционизм рождается только у тех, для кого и Сам Бог — абстракция, дефис между буквами «Б» и «г». Христианский публицист из Израиля Исраэль Шамир пишет о происхождении различных видов «современного искусства»: «Отрицание Богочеловека, одного из главных источников творчества, — фундаментальная причина еврейской ограниченности». [71]. Автор цитирует Айвена Массоу, директора лондонского Института современного искусства: «В Британии сегодня тоже есть свой официальный стиль — концептуальное искусство. Оно выполняет те же функции, что и соцреализм в СССР. Оно утверждается на Даунинг-стрит, оплачивается крупным капиталом, а отбирается и выставляется самодержцами от культуры... Цель заговорщиков — сохранить свои капиталовложения, защитить интеллектуальную валюту, которую они вложили в этот вид искусства, и поставить искусство на службу современным интересам». Это откровение стоило британскому мэтру его престижной должности... Впрочем, истоков формирования «концептуальной мафии» англичанин не выявил. Суть же состоит в том, утверждает Шамир, что концептуальное искусство не нарушает заповедь «не сотвори себе кумира» в ее иудейском понимании. Не случайно последовавшее этому пониманию протестантское иконоборчество вынесло иконы из храмов, которые все еще считаются христианскими. Точнее, как теперь говорят, иудео-христианскими.