Читающий мозг в цифровом мире

Большинство людей никогда не осознают ничего из этого. Как показывает мой недавний искусственный эксперимент с чтением книги Гессе «Магистр Луди», личное осознание постепенного отказа от использования наших рефлексивных способностей, а тем более общественное осознание, – это слабая и пористая вещь, которую нужно проверять, и не доверять ей. Точно так же, как я беспокоюсь, что в своей чрезмерной зависимости от внешних источников информации наши молодые люди не будут знать того, чего не знают, я также беспокоюсь, что мы, их проводники, не осознаем коварного сужения нашего собственного мышления, незаметного сокращения нашего внимания к сложным вопросам, неожиданного уменьшения нашей способности писать, читать или думать после 140 символов. Мы все должны оценить себя как читателей, писателей и мыслителей. Хорошие читатели общества – это как его канарейки, которые обнаруживают присутствие опасности для его членов, так и хранители нашего общего человечества. Последнее условие третьей жизни чтения – способность преобразовывать информацию в знание, а знание – в мудрость. Действительно, как и предположила Маргарет Леви в качестве основы альтруизма, сочетание наших высших интеллектуальных и эмпатических способностей с нашей способностью к добродетели вполне может быть причиной того, что наш род продолжает существовать. Если эти способности находятся под угрозой, то и хорошие читатели находятся под угрозой, как и все мы. Если они будут поддержаны, то у нас будет не только противоядие от недостатков цифровой культуры, но и ключ к тому, чтобы направить величайший потенциал нашей культуры в будущее мудрое действие.

Время для мудрости

Я заключаю, что мудрость – это не только созерцание, не только действие, а созерцание в действии.

Джон Дан

Из всех даров, которые дарует третья жизнь «хорошего читателя», мудрость, высшая форма познания, является ее высшим выражением. В книге «Язык животных» философ Чарльз Тейлор начал свой блестящий отрывок о языке цитатой из Вильгельма фон Гумбольдта, которая оживляет человеческое «стремление к артикуляции», лежащее в основе поиска мудрости: «Всегда есть ощущение, что есть нечто, чего язык непосредственно не вмещает, [ум/душа] которые, побуждаемые языком, должны быть восполнены; и в [стремлении], в свою очередь, соединять все, что чувствует душа, со звуком». По мнению Тейлора, сама природа обладания языком заключается в том, чтобы постоянно участвовать в попытках расширить его способность к артикуляции.

Так же и опыт третьей жизни «хорошего читателя», быть постоянно вовлеченным в попытки постичь и выразить наши лучшие мысли, чтобы увидеть истинное, более прекрасное понимание Вселенной и вести жизнь, основанную на этом видении. Точно так же, как много лет назад Пруст сказал: «…конец мудрости [автора] – это только начало нашей мудрости». Вот уже несколько лет эти слова служат мне напоминанием о том, что я знаю, когда нужно остановиться и подготовить «хорошего читателя», моего дорогого читателя, к тому, чтобы он взял на себя работу, которая нам всем предстоит.

Будущее чтение и хорошие читатели

Словесная работа возвышенна… потому что она порождает; она придает смысл, который обеспечивает наше различие, наше человеческое различие так, как мы не похожи ни на одну другую жизнь. Мы умираем. Возможно, в этом и есть смысл жизни. Но у нас есть язык. Это может быть мерилом нашей жизни.

Тони Мориссон

От первой буквы до последней эти страницы отмечают человеческое достижение – читающий мозг. В промежутках между этими страницами я надеялась вступить в диалог с вами, читатель, о моих опасениях.

Во-первых, не приведет ли сама гибкость читающего мозга, отражающая особенности цифровых медиа, к атрофии наших важнейших мыслительных процессов критического анализа, эмпатии и рефлексии в ущерб нашему демократическому обществу?

Во-вторых, будет ли угрожать формирование этих же процессов нашей молодежи? Безусловно, каждый из этих человеческих процессов находится под постоянной угрозой исчезновения. И все же каждый из них ускорялся на протяжении веков, и мы можем утешиться этим.