Читаем Что для России лучше полностью
Конкуренция как социальное явление не означает, что общество держится исключительно благодаря ей. Скорее, это центробежная социальная тенденция, которая становится разрушительной силой, если не уравновешивается прямо противоположной — центростремительной силой. Если конкуренцию индивидов и социальных групп не сдерживать путем юридических законов, моральных и культурных запретов, системой воспитания и другими средствами социальной консолидации, такое общество придет к саморазрушению и исчезнет с лица земли. То же самое верно и в отношении национальной конкуренции. Если разрушить систему международных юридических запретов, моральных и культурных преград на пути межэтнической конкуренции, — вся земля превратиться в битву народов, при помощи ножа и топора решающих свои экономические проблемы. Однако если перед фактами не следует преклоняться, то с ними следует считаться. Не стоит делать вид, будто межэтническая конкуренция — это выдумка расистов. За политическую наивность в таких вопросах приходится платить слишком большую цену — цену человеческой крови.
Самой важной законодательной мерой, препятствующей социальному расслоению гражданской общины, был запрет долгового рабства для единоплеменников. Препятствовали этому и различные литургии — денежные и натуральные повинности богатых граждан, часто весьма разорительные (устройство театральных представлений, праздников, строительство флота) — своего рода античный аналог прогрессивного налогообложения. Возможность вертикальной мобильности обеспечивала система общественного образования, доступного для всех свободных граждан, даже беднейших (явление уникальное в древнем мире), и состязательный принцип занятия должностей. Понятно, что античная демократия носила ограниченный характер: она касалась только свободных и полноправных граждан. Женщины, иноплеменники и рабы (как правило, тоже иноплеменники) стояли вне политической жизни гражданской общины.
Не видевшие дальше своего кармана финикийские олигархи отказались прислать деньги и военное подкрепление войску Ганнибала в Италии. В итоге Ганнибал вынужден был покинуть италийский полуостров. Моммзен в «Истории Рима» указывает, что именно уничтожение среднего класса олигархическим капиталом, т.е. резкая социальная поляризация, послужила причиной упадка всех основных цивилизаций античности: «…везде, где в рабовладельческом государстве вполне развивается господство капитала, оно одинаково опустошает прекрасный мир божий… Италия цицероновской эпохи, по существу, похожа на Элладу эпохи Полибия и ещё более на Карфаген эпохи Ганнибала, где совершенно таким же путем всемогущий капитал довел средний класс до уничтожения, а торговлю и земледелие поднял до крайних пределов процветания, и под конец привел к лицемерно прикрытому нравственному и политическому падению нации». (Моммзен Т. История Рима. Т. 3. — СПб.: Наука, 1995. С. 360-361).
Пример современного Китая или Ирана — наглядное тому доказательство. Иран, который представляет собой наиболее вероятную следующую жертву американской агрессии, вынужден принимать меры по укреплению национального консенсуса. Именно к этой цели устремлена политика нового президента Ирана М. Ахмади Нежада. Вот как описывает социальную политику нынешнего правительства Ирана известный публицист А. Казинцев: «Новый президент… почти на треть увеличил расходы бюджета, что позволило на 40% поднять заработную плату. Кроме того, зримо увеличились жилищные субсидии и помощь мелким предпринимателям из депрессивных регионов. Ещё больший размах приобрело ценовое регулирование, в частности, в сфере продовольственных товаров… в Иране и так поддерживают низкие цены на основные продукты питания — хлеб, сахар, чай, растительное и животное масло, сыр, мясо, молоко и рис, а цена на бензин не превышает 10 центов». (Казинцев А. Возвращение масс // Наш современник. 2007. № 6. С. 228). Все это, безусловно, социалистические меры и неудивительно, что Ахмади Нежада называют «консервативным социалистом». Неслучайно и то, что победа на президентских выборах исламского социалиста совпала с обострением внешнеполитических угроз для Ирана. Дальнейшая судьба этого государства будет во многом зависеть от того, сумеет ли новый президент добиться консолидации иранского общества.
О национально-нивелирующей тенденции глобального рынка одним из первых в конце 90-х годов заявил субкоманданте Маркос. Противоречие между интернациональным характером финансового капитала и национальной структурой человечества он считал одним из ведущих противоречий глобального мира. Он писал, что главным препятствием для глобализации являются национальные государства. Поэтому их разрушение — одна из приоритетных задач глобалистов. «Нужно уничтожить все, что делает государство «национальным» — язык, культуру, экономику, политическую структуру и социальную ткань. Национальные языки больше не нужны, необходимо их ликвидировать и утвердить новый язык». (Субкоманданте Маркос. Другая революция. — М.: Гилея, 2002. С. 147).
