Что мы делаем в постели: Горизонтальная история человечества

Неизвестный автор «Камасутры» был так же озабочен запутанными эмоциями влюбленных людей, как и механикой процесса. В отличие от в большей степени медицинских китайских руководств по сексу, он выделил четыре категории любви: просто любовь к сексу; пристрастия к определенным формам секса, таким как поцелуи или оральные акты; любовь, которая означает сильное, спонтанное взаимное влечение внутри пары; односторонняя любовь, когда один восхищается красотой другого. Любовь и секс – это два различных мира. Китайские наставления касались того, что происходит в постели, а не того, как туда попасть или как доставить удовольствие своему мужу иными способами, кроме секса, – а именно это рассматривалось в «Камасутре» как фундаментальный аспект женского поведения. В книге выделены семь видов половых актов, начиная от секса между влюбленными людьми и заканчивая совращением служанки дворянином. Есть там и классификации размеров пениса, и – самое известное – каталог позиций. Сегодня вы даже можете скачать приложение для своего телефона, которое представляет их, как будто это – сборник упражнений. Но сама книга делала значительный упор на удовольствие и тщательную подготовку. «В комнате, предназначенной для наслаждений, украшенной цветами и наполненной благовониями, в сопровождении друзей и слуг» мужчина принимал женщину и вступал с ней в приятную беседу, а затем все покидали комнату, а они переходили к главному событию.

«Камасутра» – пособие для влюбленных с превосходной физической подготовкой. Некоторые позиции бросают вызов даже самым молодым и ловким партнерам. Для большинства из них требуется удобная горизонтальная поверхность и грамотное использование большого количества подушек самых разных размеров, чтобы расположить тело женщины под лучшим углом для проникновения и удовлетворения. Можно даже предположить, что именно «Камасутра» сделала подушки частью сексуальных практик. Это учение, наряду с другими руководствами, получило широкое распространение. Шейх Нефзауи, автор арабского труда предположительно XV века «Сад благоуханный» (The Perfumed Garden for the Soul's Recreation)[27], обстоятельно и чинно рассмотрел все стандартные сексуальные позиции и в итоге получил всего одиннадцать. Он отмечал, по-видимому не без основания, что индийцы «продвинулись дальше нас в познании и исследовании полового акта».

О греках нередко вспоминают в связи с гомосексуальными отношениями. На дошедших до наших дней вазах нет постели как таковой, но можно видеть стоящие мужские фигуры с пенисом одного партнера меж бедер другого. Встречаются и отдельные примеры анального секса. Как правило, один из мужчин значительно старше другого. Пожилой мужчина обычно изображался с опущенными плечами и головой, приближающимся к молодому в позе просителя. Младший партнер в большинстве случаев держится прямо, иногда отталкивая пожилого.

Педерастия – любовь мужчины к мальчику, который уже достиг половой зрелости, но еще не стал взрослым. Немногие мужчины в классической Греции занимались сексом с другими зрелыми мужчинами на кровати или в другом месте. Мальчики были предпочтительнее, хотя секс с ребенком в препубертатном возрасте был запрещен. «Цвет юности двенадцатилетнего мальчика поистине желанен, – писал Стратон, – но в тринадцать лет он еще более восхитителен. Еще слаще цветок любви, расцветающий в четырнадцать лет, а к пятнадцати годам его очарование возрастает. Шестнадцать лет – это божественный возраст»{52}. Это точно отвечало классическому представлению о воспитательной роли мужеложества. Сократ говорил, что оно позволяет культивировать нравственное совершенство. Отчасти любовь, которую испытывали одни мужчины в классической Греции к другим, можно объяснить невысоким мнением греков о женщинах. «Женщины ни в коем случае не уступают мужчинам, – великодушно сообщал Сократ. – Все, чего им недостает, – это немного больше физической силы и энергии ума»{53}. Женская гомосексуальность также известна среди греков – ее центром был остров Лесбос. Гомосексуализм пользовался уважением. Так, Плутарх отмечал: «В Спарте любовь была в таком почете, что даже самые почтенные женщины сходили с ума из-за девушек»{54}. Кровати служили частью фона греческой сексуальности, но отнюдь не обязательной сценой для нее.