Cozy. Искусство всегда и везде чувствовать себя уютно

Даже к шуму на кухне стоит прислушаться. Мамин таймер, оплавившийся с одной стороны, тикает так громко, что даже у собаки моментально встают торчком уши, когда я его завожу. По радио передают результаты матчей и прогноз погоды, играет музыка всех жанров, пищит микроволновка, гудит духовка, лопаются пузырьки на колпачке средства для мытья посуды, дверь холодильника захлопывается с характерным чпокающим звуком, звенит тостер, шуршат сухие макароны, но самый громкий звук издает кофемолка. Этот звук когда-то ассоциировался у меня с мамой, а теперь – с мужем.

Украшаем дом

«Все предметы с крышкой кажутся мне такими уютными – сразу хочется испытать нервный срыв, чтобы был повод успокоиться!»

Натан Тернер

В процессе работы над этой книгой я отправилась в Сан-Франциско. В перерывах между прогулками по крутым холмам и поеданием сдобного хлеба я побывала на экскурсии в печально известной тюрьме на острове в бухте, прославившейся как место заключения множества убийц. Теперь на ее месте национальный парк. Алькатрас – потрясающе красивое место, что само по себе странно. Выглядывая из зарешеченного окна, невольно думаешь: «Надо же, вид отсюда круче, чем из окна моей гостиницы!» Но, конечно, не отпускает мысль о том, насколько жалкими были условия содержания здешних заключенных.

Так странно быть туристом в модных кедах с рюкзаком и слушать аудиоэкскурсию в исполнении Патрика Махони, самого настоящего охранника тюрьмы. Может быть, все дело в том ощущении, что я испытала, узнав, что, если заключенные «Скалы»[9] в течение долгого времени вели себя хорошо, им разрешалось держать личные вещи при условии, что они будут аккуратно сложены на маленькой полке. На стенах висели рисунки (по большей части нарисованные самими заключенными) и открытки. Кто-то научился вязать крючком, кто-то собрал несколько книг. Бродя по прохладным коридорам, переходя из одной камеры пять на одиннадцать футов в другую, я думала о том, как невыносимо тяжело сохранять в себе надежду, будучи узником Алькатраса. Как заключенным это удавалось? Вера? Посетители? Ежедневное общение с охраной? Еда? А может быть, надежды и вовсе не было? И все же те робкие попытки украсить интерьер, что я видела, свидетельствовали об оптимизме и храбрости.

Счастливцы – те, у кого есть свобода. И еще – это безусловная удача, когда у тебя есть дом, где можно собирать коллекции, прикалывать открытки и красить стены в любой цвет. Даже решение о том, куда поставить единственный стул, может повысить уровень нашего повседневного счастья.

Мой старший сын все время старается держаться поближе к теплу. Еще будучи совсем маленьким, он умудрялся находить горячую трубу или обогреватель в любом доме, где мы жили (его отец – профессор, и мы часто переезжали). Он все время норовил устроиться где-нибудь поближе к источнику тепла или свернуться калачиком у горячей трубы, как ленивец. Когда я во второй раз вышла замуж, наша семья наконец осела, и Хью нашел свое любимое место: массивный довоенный обогреватель-гармошку в гостиной. Единственным, на мой взгляд, логичным решением было организовать для него уютный уголок рядом с этим обогревателем – чтобы он не сидел на полу.

Мы поставили широкую тахту в угол между обогревателем и боковым столиком с лампой с одной стороны и окном – с другой; так у него оказалось много естественного света. Еще я отдала ему большую, жесткую подушку с совой, на которую можно было усесться, привалившись спиной к стене, и читать или заниматься чем-нибудь за компьютером. Несколько лет он практически жил в этом уголке, придвинув ноги в носках поближе к теплу. Он всегда говорил, что ему так уютно. Наблюдая за тем, как ему хорошо в этом месте, я и сама испытывала ощущение уюта.

Пространство, в котором мы живем, – это чистый холст, на котором мы можем выразить свой собственный опыт и характер. Это то место, где следует раскрыть глаза пошире. Что вас интересует? Что вы любите? Кого вы любите? Откуда вы? Я вот живу в Нью-Йорке. Однажды на блошином рынке увидела четыре дешевые открытки с изображением яблок и подумала: «Если вставить их в рамочки и повесить на кухне, то всякий раз, глядя на них, буду вспоминать, что я – родом из Нью-Йорка». Так я и сделала, и клянусь: глядя на них, всякий раз соприкасаюсь с собственной сутью. Но я не дизайнер. Нора Эфрон в своем фильме «Когда Гарри встретил Салли» сказала: «Все считают, что у них хороший вкус и чувство юмора – но ведь так не бывает, чтобы у всех был хороший вкус!» Я не думаю, что у меня хороший вкус или какое-то особенное чувство юмора – и в этом нет ничего страшного. Но я все-таки кое-что знаю.