Дарю вечную молодость / Ее последняя роль/

Раздумывая, как поступить, Виктор пришел к выводу, что обращаться в официальные следственные органы ему нельзя. Уж слишком заметной фигурой был Виктор Голенищев, чтобы вездесущие журналисты не узнали об этом и не раздули новость до размеров сенсации, да еще с добавлением несуществующих подробностей. Притом же, слух о возобновлении следствия может дойти до заказчика убийства, и, если этот заказчик — человек с возможностями, а он наверняка с возможностями, раз уж сумел нанять двух киллеров из другой республики, — то он удвоит осторожность и поспешит спрятать все концы в воду. А о Викторе и его семье начнутся лишние разговоры, соперники получат повод еще раз напомнить избирателям, что он был трижды женат, да и вообще подозрительно, когда бывшему мужу подбрасывают анонимки об убийстве его бывшей жены. Сам Виктор может и не обращать внимания на сплетни, но Инге это все будет неприятно, так же как и девочкам — Регине и Светлане. Да и на политическую карьеру такое разбирательство повлияет не лучшим образом.

Нет, расследование надо провести конфиденциально. И Виктор уже знал, к кому лучше всего обратиться. Само место жительства автора письма подсказало ему выход.

Приняв решение, Голенищев стряхнул с себя задумчивость и оглянулся по сторонам. Машина как раз проезжала мимо небольшого парка на юго-западной окраине. Он попросил водителя остановиться и, жестом показав охранникам, что следовать за ним не надо, пошел в парк. Убедившись, что рядом никого нет, Виктор достал мобильник и набрал длинный междугородный номер.

Глава третья

За тысячу километров от Москвы, в украинском областном центре Днепропетровске зазвонил мобильный телефон у частного детектива Леонида Станового. Леонид в этот момент шел по главному проспекту, но, услышав голос Виктора Голенищева, тут же свернул в сторону от потока прохожих, остановившись там, где потише.

— Привет, друзяка! — нарочито бодрым тоном обратился Голенищев. — Не забыл еще старого приятеля?

— Здравствуй, Витя, — сдержанно откликнулся Леонид. — Рад тебя слышать. Что-нибудь случилось?

— Как ты догадался?.. — голос Виктора сразу стал глуше.

— Ну, ты теперь такой занятой человек, что вряд ли позвонишь без дела. Я уж и забыл, когда мы с тобой беседовали в последний раз. Да и, потом, чутье сыщика подсказывает, что у тебя есть проблема. Уж слишком бодро ты начал.

— Правда твоя, Леня, — вздохнул Виктор. — Кое-что случилось. Но не сейчас, а уже давно. Просто сегодня я получил одну информацию, которая подтверждает мои старые подозрения. Но сам я в этом деле разобраться не могу, а обращаться в официальные органы не хочу. В общем, Леня, мне очень нужна твоя помощь. Приезжай, как только сможешь. Само собой, дорогу, гостиницу и все расходы я тебе компенсирую.

— Да ты хоть намекни, о чем речь.

— Не могу. Приедешь — тогда поговорим. Я даже нашу с тобой встречу должен буду от всех скрывать.

— Хорошо. Если это так важно для тебя, я выезжаю сегодня же. Как с тобой связаться в Москве?

— Запиши номер мобильника. Это для секретных переговоров, его знают только считанные люди. По другим телефонам не звони.

— Понятно. До встречи.

После столь неожиданного разговора Леонид несколько мгновений пребывал в задумчивости. На него нахлынули воспоминания о славной спортивной юности, о тех днях, когда все казалось возможным и открывался прекрасный новый мир…

Леонид и Виктор много лет назад познакомились и подружились благодаря спорту, а также определенному стечению обстоятельств. В молодые годы боксер Становой и фехтовальщик Голенищев оказались в одной олимпийской команде. Нельзя сказать, чтобы они сразу выделили друг друга, да и вряд ли это было возможным, учитывая некоторый социальный аспект: один был скромным парнем, сыном металлурга из небольшого украинского города, другой — ярким представителем московской золотой молодежи, отпрыском известного и высокопоставленного семейства. К тому же, Виктор был года на три старше Леонида, а в юности даже столь малая разница в возрасте играет роль.