Дарвин в городе: как эволюция продолжается в городских джунглях

Однако Фенна настроена воинственно. Со словами: «Может, удастся подобраться поближе?» – она за руку тащит меня в фойе расположенного рядом отеля «Хаятт». Там мы незаметно минуем стойку администратора и входим в кабину лифта. Спустя несколько минут катания по этажам мы попадаем туда, откуда должно быть лучше всего видно зеленую крышу «Роппонги-Хиллз», и идем по застланному ковром коридору к широкому окну. С каждым нашим шагом из окна открывается все более захватывающий вид: сперва на окутанную туманной дымкой панораму Токио, а потом и на «Роппонги-Хиллз», «городок в городе» – офисы, магазины, жилые дома, сады и музей, связанные между собой дорожками со скульптурами. Прижавшись к стеклу носами, мы чувствуем дыхание городского острова тепла, несмотря на прохладу от кондиционера. Перед нами наконец раскинулся заповедник городской природы на залитой солнцем крыше, куда мы так стремились попасть.

Кажется, будто участок японской сельской местности – традиционной мозаики из рисовых плантаций, лесов, лугов и прудов, которую японцы называют сатояма, – по воздуху перенесся на крышу торгового комплекса «Кэякидзака» и увенчал его зеленой короной. Рисовое поле и несколько лугов с извилистыми тропами окаймлены вишневыми деревьями и живой изгородью из бирючины. В пруду розовеют лотосы, а на грядках зреют баклажаны, помидоры и горькие огурцы. Местная жительница в широкополой шляпе хлопочет над рисовым полем, а две большеклювые вороны (Corvus macrorhynchos), чьи клювы напоминают ножи для суши, клюют неспелые вишни. Наевшись вдоволь, они улетают к гигантской башне «Мори Тауэр», что возвышается на горизонте. На наших глазах птицы становятся все меньше и наконец исчезают за карнизом где-то на верхнем этаже. Там расположен штаб строительной организации Mori Building Company, которая и разработала план «Роппонги-Хиллз».

С начала 1970-х Mori Building Company была одной из ведущих строительных организаций, внедряющих в свои здания растительность. Сад на крыше в «Роппонги-Хиллз» площадью чуть менее полутора тысяч квадратных метров – далеко не самый масштабный проект компании: есть в ее портфолио и куда более внушительные озелененные участки. К тому же это не единственная организация подобного рода. В Фукуоке аргентинский архитектор Эмилио Амбас решил поймать сразу двух зайцев: он взял городской парк площадью в сто тысяч квадратных метров, приподнял его в воздух и устроил прямо под ним футуристичное клинообразное здание, в котором расположился культурный центр ACROS Fukuoka. Дикие растения, зеленеющие на всех четырнадцати террасах на южной стороне здания, гармонично дополняют парк, который раскинулся у его подножия.

В Азии есть и другие уникальные проекты в области зеленой архитектуры. Сингапур может похвастаться как самым высоким вертикальным садом – обращенной на запад стеной кондоминиума Tree House от компании CDL площадью 2750 квадратных метров, – так и великолепным тридцатиэтажным отелем Oasia Hotel Downtown, сверху донизу покрытым ползучими растениями. Впрочем, зелеными зданиями славится не только Азия. В Милане архитектор Стефано Боэри возвел два жилых небоскреба под названием Bosco Verticale («вертикальный лес» по-итальянски), на которых растут 730 деревьев, 5000 кустарников и 11 000 экземпляров разных трав. Градостроители и архитекторы во всем мире придумывают новые, все более хитроумные способы внедрения природы в город – как в огромных, так и в скромных масштабах. Этим занимаются не только строительные магнаты, но и совсем молодые компании. Так, в Манхэттене лаборатория Lowline Lab, финансируемая общественностью, экспериментирует с подземными зелеными участками в условиях плохого освещения. Ее цель – преобразить заброшенную трамвайную станцию «Уильямсбург» под улицей Деланси-стрит в подземный парк с влажным воздухом, где будут обильно расти мхи и папоротники. В Гамбурге же местные жители превращают исполинский бетонный бункер времен Третьего рейха в «зеленую гору» под названием Hilldegarden.