Давно и недавно

Мы все — моряки! Различи-ка, поди, —С «Марата» мы или с «Авроры».Но бьётся под форменкой в нашей грудиГорячее сердце актёра!Впервые в истории — в гюйсах — творцы,Художники — и патриоты, —И новое званье: артисты-бойцыТеатра Балтийского флота!..

Действительно — наш театр был совсем необычным. Все мужчины актёры — военнослужащие, труппа называлась «командой», жили в кубриках, у команды был начальник, старшина.

Естественно, что такой военный театр должен был работать по-особому в дни войны.

Вечером 21 июня 1941 года в репетиционном зале театра в Таллине поздно закончилась репетиция пьесы «Севастопольская страда» Сергеева-Ценского, и артисты разошлись до завтрашней утренней репетиции. Однако боевая тревога собрала команду театра ночью, и рано утром 22 июня мы уже знали — война.

Театр был немедленно приведён в состояние боевой готовности, разбит на бригады. Уже 23 июня они выехали в части и на корабли действующего флота. В одной из бригад автором, режиссёром и руководителем довелось быть мне. Сохранился у меня дневник того времени. И вот сейчас, листая страницы этого дневника, я вспоминаю события, связанные с героической обороной Моонзундского архипелага.

30 июля на маленьком пароходике мы перебрались с материка на остров Хийумаа. По пути зенитки на пароходике стреляли по вражескому самолёту, пытавшемуся снизиться над нами. Но, в общем, переход завершился благополучно. К восьми часам вечера мы уже были на месте. В десять началось первое выступление.

С первого же дня началась наша боевая работа — по три-четыре концерта в день. Программа длилась больше часа и включала не только песни, танцы и музыку, но и чеховский «Юбилей», который каждый раз требовал грима, переодевания и тому подобное.

К этому надо добавить, что переезды на грузовиках от части к части составляли от двадцати пяти до пятидесяти километров. Но мы не жаловались, потому что зритель у нас был исключительно благодарный. Заканчивали концерты стихами:

Дать бодрый отдых людям флота,Все трудности преодолев, —Задача, полная почёта,Бойцов — артистов КБФ.

4 августа вечером мы давали концерт для одной части батареи, а 5-го утром, в 11 часов, прямо в лесу — для другой части этой же батареи. Увидели: к сосне прибита доска, а на ней «Боевой листок» огневого взвода — наших вчерашних зрителей.

Две первые заметки в «Боевом листке» — о наших концертах. Я их переписал в свой дневник полностью. Вот они:

«Боевой листок» 26 ОАБ краснофлотской газеты «На страже». Подразделение — огневой взвод. 5/VIII 1941 года.

ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ КОНЦЕРТ

Замечательный концерт дала вчера концертная бригада театра КБФ. Личный состав огневого взвода горячо благодарит участников концерта и заверяет, что каждый краснофлотец в боях будет сражаться мужественно. Мы ни за что не позволим Гитлеру задушить советское искусство. Желаем вам, товарищи участники концерта, дальнейшей плодотворной работы.

     Личный состав взвода

БЛАГОДАРИМ ЗА КОНЦЕРТ

Мы, артиллеристы 2-го орудийного расчёта, благодарим артистов концертной бригады за их выступление. Хороший концерт. Мы гордимся, что в нашей стране есть такие хорошие актёры. Мы вам, товарищи артисты, тоже продемонстрируем в предстоящих боях свою боевую выучку. Заверяем вас, что наша пушка будет безотказно посылать фугас по фашистам. Снаряды будут ложиться точно в цель.

     Краснофлотец Береза

Понятно, что мы были очень тронуты этими заметками. И ещё раз ощутили, как нужна наша работа на фронте.

Особенным успехом пользовалась у наших зрителей артистка Телегина. Она играла Мерчуткину в «Юбилее» и ещё участвовала в частушечном номере, который написан был мной специально для неё и артистки Богдановой.

Артистка Вера Богданова была худенькая, задорная, а её партнёрша Валентина Телегина, наоборот, — грузная, солидная. На этом и строился номер. Первые две строчки частушки пела Богданова, а вторые — ударные, комедийные — Телегина. Ну, например, первая частушка: