Дажьбог - прародитель славян

Данное мирочувствование настолько глубоко вошло в саму природу славян, что различные, никак не связанные между собой примеры его мы можем видеть спустя века после этого знаменитого ответа аварам. Наиболее близка к нему приводимая Нестором легенда о хазарской дани. Когда после смерти Кия, жившего, как полагают исследователи, в VI в., начались пагубные для полян усобицы между восточнославянскими племенами, этим немедленно воспользовались хазары, потребовавшие от полян дани. Посовещавшись, поляне дали от дыма по мечу. Изумленный хазарский каган потребовал разъяснения от мудрецов, которые ответили: «Не добра дань княже мы доискахомся оружьемъ одиноя страны, рѣкше саблями, а сих оружье обоюду остро, рекше мечи, си имуть имати и на нас дань, и на инѣхъ странахъ, се же събыться все. не от своея воля ркоша. но от Бжия изволѣнья»[620]. — «Не добрая дань эта, княже: мы доискались ее оружием, острым только с одной стороны, — саблями, а у этих оружие обоюдоострое — мечи. Станут они когда-нибудь собирать дань с нас и с иных земель». «И сбылось все сказанное ими, — продолжает русский летописец, — так как не по своей воле говорили они, но по божьему повелению». Хотя здесь нет упоминания солнца, суть ответа полян хазарам абсолютно аналогична ответу склавин аварам. В обоих случаях могущественный внешний враг с востока стремится покорить славян и обложить их данью. Если аварам славяне дают устный ответ, то хазарам отправляют вещь-загадку, которую должны разгадать вражеские мудрецы. Этой вещью является меч как один из атрибутов бога солнца, фигурировавший и в ответе аварам. Исходя из сравнения его с саблей, хазарские мудрецы понимают зловещий для своего кагана смысл этой «дани» и, по божьему повелению, делают правильный вывод о том, что рано или поздно поляне покорят и их, и другие страны. Нам неизвестно, действительно ли так сказали хазарские старцы. Для нас гораздо важнее иное: рассказ этот бытовал в устной традиции примерно пятьсот лет — с VII по XII в., когда он попал на страницы «Повести временных лет». Столь долгое бытование его в народной памяти показывает, что он был наглядным выражением самосознания одного из славянских племен и дорогим для его сердца проявлением имперского духа.

Духовный стих о Егорин Храбром:реальность мифологическая и историческая