Дедушка, Grand-p`ere, Grandfather… Воспоминания внуков и внучек о дедушках, знаменитых и не очень, с винтажными фотографиями XIX – XX веков

Лигниц разрушен сравнительно мало, но сейчас много домов брошено. Город озеленен, пожалуй, больше, чем другие, виденные нами немецкие города. В Лигнице мы стояли около 3,5 часа. За это время я успел бегло осмотреть лежащий рядом парк, купить часы и поговорить в течение 1,5 часа с одной полькой. Разговор начался более или менее случайно. Потом был Версаль, Трианон, особенности и красоты разных языков, индусское искусство, отношения между русскими и поляками, между поляками и немцами, внешняя грубость русских и т. д. Было очень интересно установить с этой весьма образованной женщиной, бывавшей в России и много жившей за границей, некоторые (пожалуй, многие) общие точки зрения на принципиальные вопросы и расхождения по отдельным темам. Она сказала по моему адресу несколько комплиментов, которые доставили известное удовольствие. Она жила в Варшаве и после «восстания Бур-Комаровского» <Варшавское восстание 1944 г. под руководством генерала Бур-Комаровского. — К. С.> была отправлена в один из саксонских лагерей. Потеряла почти всех своих родных. Собирается ехать кого-то разыскивать. Тем не менее она думает об искусстве и несет к себе домой чеканное индусское блюдо.

Вскоре мы с Е. С. <Ефимом Самойловичем Ратнером. — К. С.> сели в малолитражный «опель» и через Zeh поехали в Болькенхайн <Болькув, Силезия. — К. С.>. Городок в горах. Дорога петляет наподобие крымских, на каждом повороте хорошие картинки. Пара замков (не очень старых), примостившихся на вершинах крутых холмов, и типичные краснокирпичные деревушки. В Болькенхайне завод. Вплотную к нему подходят лес, горы, луга, и они отнюдь не мешают друг другу. Впечатление несколько искусственное — стиль художников-лубочников.

Из Болькенхайна тронулись во Фрайбург <Свибоджице, Польша. — К. С.>. Городок сохранился полностью. Немцев еще много, а поляков мало…

Военный комендант, у которого я временно остановился, живет в квартире какого-то богатого торговца. Сейчас его нет, но ужасающе безвкусная благосостоятельность его жилища осталась и по сей день. Сделано все очень доброкачественно, но содержание бесконечно тоскливо. Кактусы, увитые золотыми и серебряными нитями, «украшенные» елочными шарами, картинки с амурами, психеями и пр., таблички с нравоучительными и философскими изречениями, коврики, салфеточки, слоники и т. д. Кроме того, газ, электричество, крытая терраса и пр. В этом убежище я прожил 2 дня, а затем, когда подъехали остальные, мы перебрались в «Hotel zum Hirsch» непосредственно в квартиру бывшего владельца отеля. Опять безделушки, но в меньшем количестве. По всей вероятности, в силу того, что квартира эта посещалась до нас весьма большим числом лиц (которые, по-видимому, были очень активными поклонниками «красоты»). Хозяин в свое время служил во флоте, до 1943 г. включительно выписывая «Морской календарь», любил лечиться, вел переписку по каким-то мелким делам и, судя по всему, совершенно напрасно покинул свой родной городок. Во Фрайбурге мы работали с 16 по 20 июля. Приходилось много иметь дела с немцами, которых было у меня 70 человек. Они поражают своей аккуратностью, организованностью и, что самое удивительное, своей рабочей мелкой инициативой. Если им говорится, что этот предмет можно завернуть только в мешковину, то они сами достают соломы и в мешок кладут соломы.

Фрайбург — мелкий провинциальный городок; он не имеет ни одной незамощенной улицы и начинается сразу, без предварительных помоек, пустырей и т. п. — необходимых аксессуаров наших городов, как провинциальных, так и не провинциальных.

Кстати, о немецкой покорности и полном непротивлении в настоящее время. Мне кажется, что это в сильной степени результат нацистской идеологии, подразделявшей людей на господ и рабов. Увидев, что у них явно не получилось с мировым господством, немцы решили считать других господами, а себя слугами.

20 июля мы ездили в Чехословакию. Граница охраняется только несколькими польскими солдатами. Как только въехали в чехословацкую деревню, сразу стали попадаться немцы с белыми повязками с буквой «N» (с 6-летнего возраста) <«N» обозначает, по-видимому, «немец», т. к. «немец» по-чешски — «Nemcina». — К. С.>. Домики имеют тот же тип, но все приняло какой-то грязноватый оттенок. Дорога горная, на каждом повороте открываются картины благосостояния. Ни одного клочка нетронутой земли. Во всем порядок и законченность.

21.07. Мы ездили в классические места Рюбецаля. Маршрут Фрайбург — Болькенхайн — Ландесхут — Шмидеберг (~120 км). Дорога петляет, проходя то по травянистым склонам, то в кленовых и липовых лесах. На обратном пути мы остановились и завтракали. Пили вино, стреляли в цель. По дороге я зашел в первый попавшийся дом и запросто купил букет красных роз. С сожалением думал о том, что то же самое было бы значительно приятнее в другой ситуации.