Читаем Дедушка, Grand-p`ere, Grandfather… Воспоминания внуков и внучек о дедушках, знаменитых и не очень, с винтажными фотографиями XIX – XX веков полностью

20.01.1932

Дорогая Лидка!

(Человек, обладающий твердостью в характере), ну, как я могу уехать, если нельзя достать билетов? Ведь меня никто не предупредил, что здесь так трудно. Завтра пойду опять на поверку. Здесь странный порядок. Надо записаться в очередь и потом ходить каждый день два раза на поверку. Примерно дня через два человек наконец подходит к билетной кассе и становится счастливым обладателем билета на поезд, который идет дней через пять. Я считаю, что столько любителей железной дороги выявилось в связи с «улучшением культурно-бытовых условий широких масс трудящихся». Трудящийся наподобие немецкой овчарки мечется по пригородам и провинциям в надежде найти кусок жратвы. Я уже перестал удивляться: костюм — 1000–1300, пальто — 800 рублей, ботинки «коммерческие» — 230 р. Если мы построим фундамент социализма, по авторитетнейшему заявлению тов. Сталина, то, по-видимому, когда возведем все здание, останемся в одних трусах. Хорошо, что хоть ближе к солнцу, теплее, а при коммунизме будем ходить наподобие Адама, и единственным предметом ширпотреба, который будет выдаваться способнейшим по их потребностям, останется остро дефицитный фиговый лист.

Хожу в театры, кино. Смотрел «Снайпер». Хочется посмотреть Сашку, ведь четыре года не видались. Передай ему привет, хочется послушать, как он играет на рояле. Наверное, стал играть еще лучше. Табаку привезу. Папирос безнадежно нет. Шины для вело пойду завтра искать. Хочется в Торжок, а поэтому писать кончаю. Завтра сяду и поеду. Прямо со станции, может, дадут билет. Ну, привет всем, всем, всем.

Сергей.

Самое злое письмо. Удивляюсь, как папа не залетел на долгие годы в места не столь отдаленные, если бы письмо вскрыли на каком-то этапе его пути к адресату. Это ведь тридцать второй год! Крестьян уже околхозили, фундамент социализма строился в едином порыве всей страной. Чего стоит только один этот пассаж: «Если мы построим фундамент социализма, по авторитетнейшему заявлению тов. Сталина, то, по-видимому, когда возведем все здание, останемся в одних трусах. Хорошо, что хоть ближе к солнцу, теплее, а при коммунизме будем ходить наподобие Адама, и единственным предметом ширпотреба, который будет выдаваться способнейшим по их потребностям, останется остро дефицитный фиговый лист».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное