Читаем Декабристы и народники. Судьбы и драмы русских революционеров полностью

После амнистии Петр Николаевич выехал сначала в Нижний Новгород, где губернаторствовал А.Н. Муравьев. Они не были раньше знакомы, но сразу приглянулись друг другу. Это немудрено, оба готовились к одному делу – борьбе за освобождение крестьян. Для Свистунова кульминация этой борьбы пришлась на время, когда он жил в Калуге. Здесь подобралась неплохая компания «эмансипаторов»: Е.П. Оболенский, сам Свистунов, петрашевец Н.С. Кашкин, единомышленник Чернышевского Н.А. Серно-Соловьевич, один из авторов «Козьмы Пруткова» А.М. Жемчужников и губернатор-антикрепостник В.А. Арцимович.

Матвей Муравьев-Апостол сообщал друзьям: «Свистунов и Кашкин закабалили себя на обязательную работу уже не по 3 дня в неделю, а, кажется, по 30 часов в сутки». Дебаты в калужском губернском комитете по крестьянскому делу шли достаточно бурно, «эмансипаторы» старались как можно более облегчить участь крестьян. Подобно деяниям А.Н. Муравьева, вершиной успехов Свистунова была схватка с местным «мастодонтом» С.И. Мальцевым. Этот земельный магнат предлагал добиваться послушания крестьян силой оружия. В ответ Петр Николаевич потребовал взять калужское имение Мальцева в опеку. В результате помещик и его единомышленники предпочли выехать из губернии и переждать «грозу» в столичном далеке.

Условия реформы 1861 г., а особенно отставка после нее реформаторов показали Свистунову, что дальнейшая борьба с ретроградами пока бесполезна. В 1863 г. он переехал в Москву, где вскоре начал одно из главных дел своей жизни – защиту в печати памяти декабристов и их движения. Свои статьи и рецензии Петр Николаевич писал, можно сказать, под одним девизом: «Для меня это святыня!» Трудность его положения заключалась в том, что к тому времени он остался практически единственным из когорты декабристов. Уже без поддержки товарищей ему пришлось доказывать, что: «Лишь пламенная любовь к Отечеству и желание возвеличить его, доставив ему блага свободы, могут объяснить готовность жертвовать собой и своей будущностью». Интересно, что в своих статьях Свистунов совершенно точно наметил направления будущего научного изучения движения декабристов: причины возникновения тайных обществ, деятельность их в течение 10 лет, «видоизменения обществ», превращение «обществ в заговор», изучение духа времени, подвигшего декабристов на выступление в 1825 г.

Этот маленький, сухой старик с белой бородой, одетый в серый костюм, до конца жизни оставался бойцом и притягивал к себе лучших людей России. В 1860-х гг. с Петром Николаевичем близко сошелся Л.Н. Толстой, работавший над романом о декабристах. Рассказ Свистунова о Лунине вставил в роман «Бесы» Ф.М. Достоевский. К нему часто ездили историки Бартенев и Семевский…

Умер Петр Николаевич в 1869 г., оставшись к тому времени последним из когорты деятелей 14 декабря.

Часть II

Народники

Слово, револьвер, бомба

Глава I

Шестидесятники девятнадцатого века

Блеск и нищета народнической интеллигенции

Общество русское притеснительнее правительства.

Т.Н. Грановский

Народничество достаточно часто считают специфически российским явлением, но с этим можно согласиться лишь отчасти. По большому счету, оно является одной из разновидностей популизма, характерного в свое время для США, Японии, Аргентины, а позже – для стран так называемого «третьего мира». Популизм в том или ином виде возникал в период модернизации этих стран, точнее тогда, когда противоречия модернизации проявлялись наиболее болезненно, принимая вид откровенной несправедливости: город начинал беззастенчиво эксплуатировать деревню, плоды модернизации доставались немногим «избранным», традиционная система рушилась, а буржуазные структуры еще не утвердились в полной мере. Необходимо также учитывать и социально-психологическую инерцию населения, которое не успевало, да и не могло успеть приспособиться к быстро меняющимся условиям существования. Не забудем и о сложности переоценки привычных ценностей, усиливавшей для людей психологический дискомфорт.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Вече)

Грюнвальд. Разгром Тевтонского ордена
Грюнвальд. Разгром Тевтонского ордена

В книге историка Вольфганга Акунова раскрывается история многолетнего вооруженного конфликта между военно-духовным Тевтонским орденом Пресвятой Девы Марии, Великим княжеством Литовским и Польским королевством (XIII–XVI вв.). Основное внимание уделяется т. н. Великой войне (1310–1411) между орденом, Литвой и Польшей, завершившейся разгромом орденской армии в битве при Грюнвальде 15 июля 1410 г., последовавшей затем неудачной для победителей осаде орденской столицы Мариенбурга (Мальборга), Первому и Второму Торуньскому миру, 13-летней войне между орденом, его светскими подданными и Польшей и дальнейшей истории ордена, вплоть до превращения Прусского государства 1525 г. в вассальное по отношению к Польше светское герцогство Пруссию – зародыш будущего Прусского королевства Гогенцоллернов.Личное мужество прославило тевтонских рыцарей, но сражались они за исторически обреченное дело.

Вольфганг Викторович Акунов

История

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное