Деньги, банковский кредит и экономичские циклы

Любое увеличение добровольных сбережений сразу оказывает значительное воздействие на уровень реальной заработной платы. Рис. 5–2 показывает, как вследствие роста сбережений денежный спрос на потребительские блага падает на четверть (со 100 до 75 д.е.). Следовательно, легко понять, почему за ростом сбережений, как правило, следует снижение цен на конечные потребительские блага[321]. Если, как это обычно происходит, заработная плата, или арендная плата за использование труда — первичного фактора производства, — вначале держится на одном номинальном уровне, то снижение цен на конечные потребительские блага будет сопровождаться ростом реальной заработной платы рабочих, занятых на всех стадиях производственной структуры. Располагая тем же самым номинальным доходом, рабочие смогут приобрести большее количество конечных потребительских товаров и услуг лучшего качества по новым, более низким ценам на потребительские блага.

Рост реальной заработной платы, вызываемый ростом добровольных сбережений, означает, что на всех стадиях производственного процесса у предпринимателей возникает стимул заменить труд капитальными благами. Или, другими словами, в результате роста добровольных сбережений, посредством увеличения реальных ставок заработной платы во всей экономической системе формируется тенденция к внедрению более продолжительных и капиталоемких производственных стадий. Иначе говоря, предприниматели находят более привлекательным использовать больше капитальных благ, а не рабочей силы. В этом заключается третий важный дополнительный эффект, способствующий удлинению стадий производственной структуры. Он добавляется в двум влияниям, описанным ранее, и усиливает их.

Этот эффект первым явно сформулировал Давид Рикардо в своем сочинении «Начала политической экономии и налогового обложения», первое издание которого вышло в 1817 г. Рикардо пишет:

«…всякое повышение заработной платы, или, что одно и то же, всякое падение прибыли, понизит относительную стоимость товаров, которые производятся с помощью более долговечного капитала, и соответствующим образом повысит стоимость тех, которые производятся с помощью капитала, более быстро изнашивающегося. Падение заработной платы будет иметь в этих двух случаях диаметрально противоположное действие»[322].

В известном приложении «О машинах», добавленном в третьем издании, вышедшем в 1821 г., Рикардо заключает, что

«машины и труд находятся в постоянном соперничестве между собой, и первые часто могут быть применены только тогда, когда поднимается цена труда»[323].

К той же мысли позднее обращается Ф. А. Хайек, который, начиная с 1939 г., в значительной степени применял ее в своих сочинениях по экономическим циклам. Здесь мы впервые используем ее в сочетании с двумя предыдущими воздействиями, чтобы объяснить влияние дополнительного увеличения сбережений на производственную структуру и показать несостоятельность теорий, обосновывающих так называемый «парадокс бережливости» и якобы негативное влияние сбережений на эффективный спрос. Хайек предлагает очень сжатое объяснение «эффекта Рикардо»:

«Высокая реальная заработная плата и низкая норма прибыли на инвестиции принимает резко капиталистические формы: предприниматели пытаются отреагировать на высокую стоимость труда вводом трудосберегающего оборудования — таких машин, использование которых будет прибыльным лишь при очень низкой норме прибыли и процента»[324].

Следовательно, «эффект Рикардо» — третье микроэкономическое объяснение поведения предпринимателей, реагирующих на рост добровольных сбережений повышением спроса на капитальные блага и инвестированием в новые стадии, все дальше отстоящие от конечного потребления.