Depeche Mode. Подлинная история

Алан Уайлдер: Я никогда не делал никаких необдуманных покупок. Я вложил много полученных от музыки денег в свою студию и все ее оборудование, а еще я потратился на недвижимость. Я стараюсь всегда думать о будущем, потому что все в любой момент может сложиться иначе — следует всегда помнить о том, насколько тебе повезло.

Дом, построенный в середине XIX века, пострадал от новодела, но за полгода команда строителей, электриков превратила здание в домашнюю звукозаписывающую студию.

Уайлдер хотел «живущее, дышащее жизнью пространство с ощущением мастерской, где было бы достаточно света».

Во время работы над подвалом случайно обнаружили неиспользуемый подземный резервуар для воды, что привело к созданию уникального помещения для ударных, попасть в которое можно было только через люк в полу. Наверху винтовая лестница вела в мезонин со спальней и полностью укомплектованные нержавеющей сталью кухню и ванную. За прокладывание всех необходимых кабелей к оборудованию — в число которого входили З6-канальный микшерный пульт «Soundtracs L3632» и мониторы «Dynaudio», свешенные, что довольно необычно, на цепях со стальной конструкции, — отвечал тот же Кевин ван Грин с «Electric Eel Studio Design», который незадолго до этого разработал домашнюю студию Мартина Гора (менее впечатляющую). «Студия Алана Уайлдера изначально была трехэтажным домом. Здание лишили внутренних стен и перекрытий для создания обширного пространства», — прокомментировал он.

Уайлдер не на шутку заинтересовался дизайном интерьеров, и «The Thin Line», как он назвал студию, отражала характер своего владельца в числе прочего благодаря композиции, созданной из сидений его первой машины, «ситроена DS» 1974 года выпуска. «Моим намерением всегда было так разработать студию, чтобы можно было просто убрать все записывающее оборудование и получить интересное здание с открытой планировкой. Окна высотой от пола до потолка со ставнями позволяют наслаждаться фанастическими видами. Единственная моя проблема в том, что зимой тут чертовски холодно!»

На самом деле дорогой деревенский дом был не первым жилищем, в котором Уайлдер поселился за пределами Лондона, — до этого ему принадлежал живописный, окруженный рвом особняк в графстве Саффолк: «Это было в местечке Фелшэм, рядом с Бери-Сент-Эдмундсом, но я редко там бывал, так что в итоге дом продал. Изначально я покинул Лондон, потому что хотел получить больше пространства и попасть в более симпатичное окружение. Я совсем не скучаю по жизни в крупном городе, хотя у деревенской жизни есть свои недостатки: нехватка хороших ресторанов, культурных событий, баров и удобного шопинга».

Используя то, что сам он назвал «первым настоящим перерывом, взятым группой за десять лет», в январе 1991-го Уайлдер начал работу над третьим альбомом «Recoil», а также спродюсировал четвертый альбом группы «Nitzer Ebb».

В июне 1991-го ведущий «MTV» Дэйв Кендэлл застал «Nitzer Ebb» и Уайлдера в студии «Копк», где участник «Nitzer Ebb» Бон Харрис рассказал, что возникли «некоторые проблемы в начале студийной работы». Его коллега Дуглас МакКарти уточнил: это были «проблемы с правом собственности на студию». Очевидно, не все шло гладко у группы «The Kinks», которой студия принадлежала.

Бон Харрис: Нам интересно делать мелодичную музыку, и Алан показался нам правильным человеком для работы в этом направлении. Он выглядел хорошим претендентом на роль продюсера, так что мы предложили ему работу, и он согласился.

Алан Уайлдер: Они довольно много гастролировали с нами, и мы очень хорошо уживаемся. Еще до начала работы мы знали, что поладим. Наши подходы к музыке довольно близки. Но думаю, что между нашими группами существует большое различие, потому что направление группе диктуют песни. То, как они пишут песни, а также их тематика существенно отличается от того, как пишут песни в «Depeche Mode».