Дети страны хюгге. Уроки счастья и любви от лучших в мире родителей

Цель воспитания – подогнать детей под некий внешний идеал, возникла в те времена, когда их считали будущей рабочей силой, гарантирующей содержание родителей в старости и болезни. Позже в них стали видеть, наряду с другими факторами, показатель морали, амбиций и статуса семьи. К 1950-м годам мы с удивлением и благодарностью открыли, что дети – это люди, которые заслуживают уважения и имеют право на развитие своей личности. Но и сегодня приходится отстаивать идею о том, что дети не только существуют отдельно от нас, но и обладают собственной ценностью – они уникальны и ценны, просто потому что они есть!

В целом статус детей радикально изменился всего за сто лет – от внешней, социальной ценности до более внутренней и экзистенциальной. Конечно, не все попытки привнести эти перемены в повседневную жизнь увенчались успехом.

Иногда мы перебарщиваем. 50 лет назад отец мог отречься от сына, который не пошел по его стопам, и заслужил бы полное одобрение общества. Сегодня иные родители так боятся посягнуть на самостоятельность детей, что те фактически растут в вакууме, лишенные родительской поддержки. Другие взрослые путают саморазвитие с ростом эго.

История противоречия личности и общества – это вечный конфликт между личными границами и готовностью взаимодействовать. У него нет решения. Мы можем только искать относительный баланс, подходящий для каждой конкретной ситуации.

В последние годы многих беспокоит то, что они считают тенденцией к усилению индивидуализма. Это тревожит даже тех родителей, которые хотят дать своим детям больше возможностей, чем было у них самих.

Такую озабоченность легко понять. Мировые новости полны сообщений о беспорядках и молодежных бунтах. Родителей пугает растущее число разводов, статистика изнасилований и суицидов, а также случаев, когда подростки пускают в ход оружие. С определенной точки зрения, появление «виртуальной реальности» – настоящее спасение.

Неудивительно, что люди задаются вопросом, насколько такая «свобода» хороша для детей. Но они путают личную ответственность со вседозволенностью. На самом деле личная, или экзистенциальная, ответственность, которую я считаю абсолютно необходимой для здорового общения между людьми, не имеет ничего общего со всеми этими явлениями. Я не верю, что отношения, построенные на равном достоинстве, могут создать проблемы. Скорее их создают безответственность, жадность и самодовольство.

Первый шаг – самый трудный

Родители, которые хотят дать детям больше возможностей в жизни, вынуждены экспериментировать. Насколько каждый из нас готов к экспериментам, зависит от личного опыта и культурных особенностей стран и социальных прослоек. Новые знания и идеи быстро распространяются через массовые коммуникации, но падают на разную почву.

В бывших странах «железного занавеса», с их жестким тоталитарным режимом, понятия индивидуальной, личной ответственности почти не существовало. За более чем полвека люди привыкли к тому, что личность не имеет ценности, а личная инициатива – чуть ли не преступление против государства. Сама мысль о том, что человек может нести ответственность за качество своей жизни, казалась абсурдной. Тот же опыт переживал датский ребенок всего одно-два поколения назад. В нашем обществе тоже можно было услышать: «Нет смысла высказывать свое мнение», «От меня ничего не зависит» и «Разве можно воспринимать ребенка всерьез?».

В США, напротив, личная инициатива всегда приветствовалась. Тем не менее американская семья (если можно говорить о такой семье в мультикультурном обществе) полна противоречий. С одной стороны, здесь отстаивают традиционные ценности и символы; с другой, многие считают одиночество синонимом индивидуальности и видят в личных обязательствах ограничение свободы.

Между этими крайностями лежит Европа, гораздо более пестрая в культурном отношении, чем думают многие не-европейцы. В северной Европе и Скандинавии патриархальная семейная структура давно ушла в прошлое. Те же процессы начинаются в южной Европе, хотя католическая церковь борется за сохранение мужского доминирования и подчиненной роли женщин и детей. (Впрочем, патриархальная семейная структура на юге носит лишь социальный и экономический характер. С психологической и экзистенциальной точки зрения в семьях царит матриархат).