Дети страны хюгге. Уроки счастья и любви от лучших в мире родителей

Эти рассуждения – эхо недавнего прошлого, когда дети автоматически считались виноватыми во всех конфликтах с родителями. Даже сегодня многие родители разделяют этот подход и реагируют одним из двух способов.

Сентиментальный способ: «Иди сюда, милый, иди к мамочке. Мамочке так жаль, что она тебя ударила. Так не должно быть. Мамочка вытрет тебе носик, и мы забудем об этом, правда? Я больше так не буду делать, обещаю».

На первый взгляд, это звучит трогательно, но обратите внимание, что здесь нет признания ответственности взрослого. Мать просто говорит: «Так не должно быть», и это не снимает с ребенка вину. Мало того, она возлагает на него дополнительный груз – извинение и обещание, которое вряд ли выполнит.

Более зрелая реакция: «Мне очень жаль. Ты должен простить меня. Я не знаю, что на меня нашло. Но ты же сам понимаешь, что вел себя невозможно? Ладно, давай забудем. Этого больше не случится, договорились?»

Здесь есть попытка разделить обвинения «по справедливости» – и возложить вину на обе стороны. Люди сплошь и рядом пользуются таким приемом: когда мы не можем или не хотим брать на себя ответственность, мы переносим ее на окружающих и на наши отношения с ними.

От насилия всегда страдают обе стороны. Это касается не только детей и родителей, но и всех типов отношений. Вот что происходит при этом с людьми.

Их чувства сразу дают им понять, что они поступили неправильно. Чтобы справится с неловкостью, они подавляют чувство вины, нанося тем самым ущерб своему человеческому достоинству. Возможно, их достоинство уже было подорвано много лет назад, когда они сами стали жертвой жестокого обращения, но оно страдает каждый раз, когда они идут тем же путем. Их духовное развитие неизбежно замедляется, а эмоциональная жизнь сводится к сентиментальности.

Ментальная реакция таких людей бывает двоякой. Либо они оправдывают жестокое обращение, либо снимают с себя ответственность за свои поступки, возлагая вину на жертву или погружаясь в себя и уходя от контакта.

Эти люди неизбежно начинают относиться к своей жизни с тем же презрением, что и к жизни других. Некоторые уделяют преувеличенное внимание своему физическому здоровью, социальному успеху или материальному благополучию. Но эта внешняя самоуверенность скрывает распад личности.

Люди, для которых жестокость – скорее исключение, чем правило, тоже страдают от последствий, но они затрагивают только часть их личности. Возможно, они никогда не встретятся с этой своей частью. Но это не значит, что ущерб незначителен; он абсолютно реален и пропорционален уровню насилия.

Взрослые всегда ответственны за насилие, возникающее и в их отношениях с детьми, и в поведении детей с другими – братьями и сестрами, друзьями и родственниками, а также с чужой собственностью.

В последние годы политики всего мира, при поддержке возмущенных и растерянных родителей, сосредоточились на борьбе с агрессивным и деструктивным поведением молодежи. Эта стратегия так же абсурдна, как идея покрыть бюджетный дефицит бумажками из игры «Монополия».

Либерализация общества и рост самосознания детей и молодежи привел к тому, что многие из них демонстрируют свою боль публично и дерзко. Эта тенденция будет усиливаться, пока мы не признаем свою ответственность за массовое насилие, физическое и психологическое, которому взрослые подвергают детей во имя воспитания.

Медики и ученые-нейрологи единодушны: жестокое обращение снижает когнитивные, эмоциональные и социальные способности детей. Оно может сделать их более тихими и послушными на короткое время, но снизит качество их жизни во многих проявлениях.

Самооценка взрослых

Возможно ли сохранить здоровую самооценку детей, если у самих родителей она занижена? Это достижимо – пусть даже мы изначально относимся к себе критично, – если взрослые готовы развивать свою самооценку. По сути, она развивается всю жизнь, по мере того как мы лучше понимаем себя, но это количественное, а не качественное развитие. Мы можем узнать о себе больше, но так и не научиться смотреть на себя по-новому. Между тем это необходимо, иначе нашу низкую самооценку «унаследуют» наши дети. Такое часто случается, когда родители оказываются в трудных условиях. Безработица, лишение престижного положения или статусных символов, физическая или ментальная недееспособность – вот примеры ситуаций, которые заставляют людей чувствовать себя менее ценными или не имеющими ценности по сравнению с другими.

В нашей культуре бытует заблуждение, что человек становится взрослым, когда достигает 18 лет или 21 года – или, по крайней мере, когда у него появляются свои дети. Большинство из нас знает, что это неправда.

Многие не успевают стать взрослыми до самой смерти. Не то чтобы мы остаемся детьми, но наше поведение, особенно с ближними, нельзя назвать зрелым.