Дети страны хюгге. Уроки счастья и любви от лучших в мире родителей

Следующий шаг проще: отбросить нормы традиционной педагогики, отказаться от роли помощников и принимать этих детей на их условиях. Мы не знаем, что хорошо для них; нужно набраться терпения и уважения и ждать, пока они почувствуют это сами. Следует помнить: мы никогда не дадим им то, чего им не хватает в отношениях с родителями. В нашем общении с ними будет много неуверенности и беспомощности. Социальная справедливость никогда не облегчала ничью боль; чаще всего она дает лишь временную защиту от боли.

В этом смысле эти дети такие же, как все остальные, – они многое могут сделать сами, но не одни.

Многие из них – те, кто не стал жертвой жестокого обращения, – держатся достойно. Они привыкли к одиночеству и страху, а их истинное «я» не пострадало. Им нужно наладить контакт со своим внутренним миром, чтобы развить чувство личной ответственности и приемлемую социальную ответственность – именно в таком порядке.

Власть родителей

Недавно, работая в южной Европе, я услышал, как две матери обсуждают своих детей. Одна из них была страшно расстроена – ее восемнадцатилетний сын вместе с товарищами совершил несколько мелких краж и должен был предстать перед судом. Изложив подруге эту историю, женщина воскликнула: «Я не понимаю! В школе он был таким славным мальчиком. Он помогал по дому, прекрасно учился, поэтому мы не отказывали ему ни в чем, если это было в наших силах. Он ходил по вечерам куда хотел. Мы все разрешали ему, потому что он был хорошим, умным ребенком».

Потом речь зашла о пятнадцатилетней дочери, и женщина сказала: «Наверно, я не права, но я боюсь за нее. Мы ничего ей не разрешаем. Я не выпускаю ее из дома, чтобы она не попала в плохую компанию. Она недовольна, но я не могу иначе!»

Эта мать искренне отчаивается и недоумевает. Ее вера в то, что она «поступает правильно», подорвана. Неужели это она так плохо воспитала сына и дочь? Десятки тысяч родителей преступников, наркоманов и самоубийц задают себе этот вопрос каждый день. Каждое крупное или незначительное решение по поводу детей, заставляет их спрашивать себя: «Мы верно поступаем? Хорошо ли то, что мы делаем?»

Никто не сомневается, что у родителей есть над детьми власть, которую они используют в повседневных ситуациях и в серьезных конфликтах. Эта власть выходит за рамки семьи и должна соотноситься с нормами общества в таких областях, как манера одеваться, женитьба, религия, применение физической силы. Эти нормы различаются в разных культурах. Когда родителям приходится сменить культурную среду или эмигрировать, они часто испытывают трудности на новом месте, где моральные установки более гибкие.

Известно, что взрослые часто злоупотребляют властью над детьми по идеологическим и психологическим причинам. К счастью, такое поведение все реже встречается в демократических обществах, исчезает в школах и других учреждениях. Но меня меньше беспокоит грубая власть, чем ее более тонкое проявление. Моя цель – изменить существующий баланс власти между взрослыми и детьми. Для меня это главный этический принцип. С точки зрения здоровья, этические соображения более важны, чем нравоучительные дискуссии о том, как воспитывать детей.

Рекомендации, которые я предлагаю, – это не обвинительное заключение против родителей и не доказательство их вины. Это разговор о том, как мы все разделяем ответственность за судьбу наших детей. Принятие общей ответственности, разумеется, означает и разделение вины. То же самое можно отнести и ко взрослым любовным отношениям, и вообще ко всем отношениям между людьми. Но в семье последствия наших ошибок особенно наглядны и драматичны.

Общение

В семейной терапии мы объясняем, что процесс общения в семье (или между родителями) может иметь три направления. Иногда оно конструктивно и жизнеутверждающе, иногда деструктивно, а порой мы просто толчем воду в ступе.

В клинических терминах семейное общение может характеризоваться:

1. Исцелением симптомов – например, саморазрушительного поведения, усвоенного в детстве.

2. Созданием новых симптомов.

3. Сохранением и закреплением старых симптомов.

Чаще всего общение включает все три характеристики в разной пропорции. Именно качество происходящих между нами процессов определяет благополучие семьи. Страдает ли семья от неудач или процветает, зависит от взаимодействия всех ее членов, а не от поведения одного человека.

Общение состоит не только из очевидных вещей – выражения лица, жестов, слов и интонаций голоса, но и из того, что можно прочесть «между строк»: скрытого отношения, чувств, конфликтов и всего нашего личного опыта.