При этом в большинстве стран наблюдается незначительное сокращение числа и уровня самоубийств в возрастной группе 55-64 года, так что первый «пик» приходится на 45-54 года (кризис первой половины прожитой жизни – Кто я? Что я успел? Состоялся ли я? Что впереди?), второй «пик» – 75 лет и старше (одиночество, болезни, беспомощность и т. п.). «Классическим» примером возрастного распределения завершенных самоубийств может служить Австрия (табл. 12.12).
Возрастное распределение уровня (на 100 тыс. человек населения соответствующего пола и возраста) завершенных самоубийств в Австрии (1983)
| Возрастная группа | Оба пола | Мужчины | Женщины |
| Всего: | 27,0 | 40,0 | 15,4 |
| 5-14 | 0,9 | 1,4 | 0,4 |
| 15-24 | 18,4 | 28,2 | 8,4 |
| 25-34 | 23,0 | 36,8 | 9,1 |
| 35-44 | 35,0 | 53,8 | 16,0 |
| 45-54 | 43,2 | 63,6 | 23,1 |
| 55-64 | 34,3 | 51,3 | 22,0 |
| 65-74 | 47,5 | 75,7 | 30,1 |
| 75 и старше | 54,9 | 99,3 | 34,0 |
Возрастная структура завершенных самоубийств в России в целом соответствует мировым тенденциям (в отличие от начала XX века, когда необычайно высок был уровень самоубийств молодежи): возрастание уровня самоубийств с возрастом до группы 50-59 лет, небольшое снижение среди 60-69-летних и вновь рост для группы старше 70 лет.
При этом, разумеется, возможны некоторые «отклонения». Так, у женщин в некоторые годы отсутствовало снижение уровня самоубийств в возрасте 60-69 лет, а у мужчин в 1994 г. наблюдался рост суицида в старшей возрастной группе (70 лет и старше).
Приведем в качестве «типичного», возрастное распределение в 1996 г. (табл. 12.13)*. Нельзя не отметить очень высокий суицидальный риск мужчин зрелого возраста (30-59 лет).
* Россия: Новый этап неолиберальных реформ / Под ред. Г. В. Осипова. М., 1997. С. 126.
Половозрастное распределение уровня (на 100 тыс. человек соответствующего пола и возраста) завершенных самоубийств в России (1996)
| Возрастная группа | Мужчины | Женщины |
| Всего | 69,4 | 12,4 |
| Из них в возрасте, лет: | ||
| моложе 20 | 12,9 | 3,0 |
| 20-24 | 72,9 | 9,6 |
| 25-29 | 81,6 | 10,6 |
| 30-39 | 94,5 | 11,8 |
| 40-49 | 108,2 | 14,9 |
| 50-59 | 106,4 | 16,1 |
| 60-69 | 93,6 | 18,7 |
| 70 и старше | 98,4 | 28,0 |
Возрастная структура покушавшихся на свою жизнь существенно иная: наиболее высокие показатели, по данным региональных исследований (А. Амбрумовой, С. Бородина, Я. Гилинского, А. Михлина, Н. Проскурниной, Л. Смолинского и др.), среди возрастных групп 20-24 года и моложе 20 лет.
По нашим данным, в Санкт-Петербурге коэффициент суицидальной активности при покушении на самоубийство составил среди 20-24-летних – 1,7, а среди лиц старше 60 лет – 0,6. Аналогичную тенденцию установили и московские исследователи (по 13 регионам России)*.
Возрастная динамика суицидального поведения зависит, очевидно, от трех основных (в действительности их гораздо больше) мотивов добровольного ухода из жизни лиц, не страдающих психическими расстройствами. Первая группа мотиваций, в большей степени присущая подросткам и молодежи, связана с острыми конфликтами в учебной, трудовой, семейно-бытовой и интимно-личностной сферах. Повышенное чувство справедливости, эмоциональность молодых, их незащищенность, незакаленность в житейских бурях и невзгодах приводят подчас к экстремальным реакциям, включая суицидальные поступки в случаях, когда люди более зрелого возраста избирают другие формы поведения. Так, поводом к самоубийству может послужить плохая успеваемость, а то и отдельная несправедливо низкая оценка, несправедливые замечания, придирки со стороны преподавателей, руководителей, измена друга или любимого человека, безответное чувство и т. п.
Однако именно эмоциональность, импульсивность суицидальных поступков реже приводит к летальному исходу, так что подростково- молодежный «пик» наблюдается при суицидальных попытках, а не среди завершенных самоубийств.