<p><strong>Дюймовочка и Великан</strong></p><p><strong>Ольга Дашкова</strong></p>

<p><strong>Глава 1</strong></p>

— Девчонки! Спасибо вам за чудесный вечер! Люблю вас, мои курицы!

— И мы тебя любим, заноза в заднице!

Лиза стояла у подъезда, махала подругам сумочкой, пританцовывала, из открытого окна такси звучала популярная мелодия, девушки подпевали.

— Теперь он пьяный по твоей вине… — подруги пели хором. — Царица… Царица!

Ветрова пританцовывала и кричала на всю пустынную и темную улицу. Нога на высоком каблуке ботильона подвернулась, пальто было нараспашку, короткое платье задралось еще выше, девушка чуть не упала, но устояла на месте.

Весна в город пришла еще в середине февраля, днем было тепло, солнце топило снег. К вечеру немного подморозило, но у Елизаветы в душе была только весна, а в желудке три «секса на пляже», шесть «самбук» и три «текилы». Убойное сочетание, но в Международный женский день можно все.

— Ну, мы едем или нет? — водитель выключил музыку, проворчал.

— У нас Восьмое марта, у нас праздник, женский день, что за негатив, мужчина? — одна из подружек сделала замечание таксисту.

— Сегодня девятое, дамочки. Со вчерашнего дня гуляете?

— А у нас восьмое!

— Ну, все, езжайте. Пока, любимые! Спасибо за праздник.

Лиза неровной походкой пошла к подъезду, остановилась, начала искать ключи, задача была не из легких. И как так получается, что в крохотной сумочке невозможно ничего найти, когда надо?

Женщина, наблюдавшая за Ветровой со второго этажа, поджала губы и покачала в знак неодобрения головой. Клавдии Никаноровне не спалось, все интересные фильмы и передачи по телевизионным каналам закончились, снотворное не помогало.

А здесь такое событие — младшая внучка покойной соседки с пятого этажа закатывает концерты в два часа ночи.

Кошмар и ужас!

Сначала старшая водила мужиков, устраивала притон, но та хоть замуж вышла, а теперь вот эта свалилась на их голову и будет порочить облик образцового дома.

Ну что за молодежь пошла, ни стыда, ни совести, ни морали и рамок приличия! Выпившая девица в два часа ночи орет песни на улице, танцует, еле стоит на ногах.

Стыдоба.

Но в этот поздний час за Елизаветой наблюдала не только любопытная старушка с бессонницей, но и еще двое молодых мужчин в припаркованном за углом черном автомобиле. Парни откровенно скучали, смотрели на часы, злились и много курили.

— Это она?

— Да.

— Ну, наконец-то, задолбался уже ждать. Жрать охота, спать охота, в туалет тоже. Можно я ей, этой курице, голову сверну?

— А я задолбался слушать твое нытье, Сема, закрой уже рот и подъезжай ближе, только тихо, не спугни ее. А то кричать начнет, весь дом разбудит. А нам оно надо, Сема? Нам не надо.

— Хорошо, Валера, еду я, еду. Давай только быстрее там с ней, хватай — и в салон, а лучше в багажник.

Лиза не слышала, как к подъезду подъехал автомобиль, как из него вышел крепкий высокий парень. Она напевала засевший в голове трек, уже почти нашла ключи, зацепила кнопку домофона пальцами, потянула, но что-то мешало. Связка зацепилась брелоком с котиком за подкладку, девушка чертыхнулась.

Именно в этот момент любопытная соседка Клавдия Никаноровна отвлеклась, решила попить водички, потому что от возмущения пересохло во рту, и отошла от окна.

— Привет, красавица.

— Здрасьте.

— Покатаемся?

— Ой, нет, я уже накаталась, устала, сил моих нет.

— Да давай покатаемся, тебе понравится.

Елизавета оторвалась от поиска ключей, развернулась, посмотрела на парня, задрав голову. Детина был здоровый, тусклый фонарь освещал короткую стрижку и кривую улыбку на лице.

— Я вас знаю, мужчина?

— Нет.

— Значит, проваливай. Я с незнакомыми не катаюсь, — отвернулась, потеряв интерес.

— Ну, тогда придется иначе.

— Что… что ты делаешь?! Отпу… отпусти!

За несколько секунд, за которые Лиза не смогла произнести и пяти слов, ее оторвали от земли, пронесли пару метров и грубо бросили в салон стоящего рядом автомобиля. Двери закрылись, щелкнули блокираторы, машина тронулась и начала быстро удаляться по пустынным улицам в неизвестном направлении.

Лиза больно ударилась локтем и коленом, неудобно уткнулась в сиденье лицом, а когда поднялась, ее качнуло в сторону на крутом повороте, и она еще приложилась головой о стекло.

— Я не хочу никуда с вами кататься! Вы что, совсем с ума сошли? А ну, остановитесь!

Первым из головы выветрился «секс на пляже», сразу три коктейля. Сознание пришло в ужас, что пляжа сегодня не будет точно, а вот секс вполне вероятен, если хозяйка бедовой головы будет бездействовать.

— Сиди молча, и все будет хорошо.

— Хорошо? Вы сдурели? Это вы сядете «хорошо» за похищение, это статья и срок, между прочим. У меня папа полковник полиции, вам туго придется. Советую опомниться, одуматься и высадить меня, а я сделаю вид, что ничего не было, что вы обознались.

Козырять влиятельными родственниками было глупо. А что еще оставалось делать?

— Так я и говорю: сиди тихо, и все будет хорошо, — тот, что затащил ее в машину, говорил спокойно, повернулся, даже показал улыбку, но Лизу это не успокоило.