Дива Никотина. История о том, как табак соблазнил мир

Благодаря Голливуду и «Хэррдз», продажа табака не потерпела крах, о чем, вероятно, мечтал в своем докладе министр здравоохранения Куп. Действительно, производители табака по обе стороны Атлантического океана получали рекордные прибыли. Некоторое количество денег было использовано для того, чтобы застраховать себя от возможных потерь или, коммерчески выражаясь, диверсифицировать производство. Многие стали конгломератами, которые производили и продавали не только сигареты, но и корм для животных, пиво, прохладительные напитки, печенье, плавленые сырки и. что удивительно, занимались страхованием жизни. Как обычно, пионером здесь оказался «Филип Моррис», который в 1969 году купил пивоваренные заводы «Пивоварни Миллера». К 1988 году он стал владельцем фирмы «Крафт» и контролировал производство «Сливочный Сыр Филадельфии». Р. Дж. Рейнольдс, подаривший миру «Кэмел», владел компанией по производству фруктовых соков «Дель Монте», а также «Набиско», главным производителем печенья в США, известным своими пшеничными хлопьями и черными бисквитными сэндвичами с прослойкой из сладкого искусственного крема «Ореос». «Британский и Американский Табак» выбрал страхование как отрасль, удачно дополняющую табачный бизнес: в 1984 году он купил «Игл Стар», годом позже «Allied Dunbar», а в 1988 году — американский гигант «Farmer Insurance».

Столь разнообразное вложение капиталов табачными компаниями совпало с бумом на мировых финансовых рынках. Банкиры Уолл-Стрита разработали новый способ обогащения, известный как «Highly Leveraged Transaction» (сокращенно HLT), а именно заем под высокий процент огромных сумм денег для покупки недооцененного бизнеса, затем полную выплату долга за счет имущества несостоятельного должника, то есть продажи чего-нибудь в компании, что имело действительную рыночную ценность.

Табачные компании были идеальными для HLT. Сигаретный бизнес предприятия генерировал огромные и стабильные потоки наличных денег, которые биржа недооценивала из-за присущего сигаретам риска. Что, если правительство решит отказаться от денег, которые оно получает в виде налогов на табак, и запретит сигареты? Банкиры решили, что это слишком маловероятно и что даже если люди будут бросать курить или умирать в среднем возрасте, их все равно останется достаточно для того, чтобы выплатить весь огромный долг по обязательствам HLT. RJR, как раз переживавший очередной организационный кризис, был очевидной целью для HLT. Компания занималась переделкой сигарет «Кэмел», название которых считалось хорошим, но образ — плохим. Молодые люди были теперь не такими, как в 1915 году, и приветствовали фамильярность даже в товарах широкого потребления. Принцип neoteny, то есть наличие детских привязанностей у взрослых людей, был использован для превращения степенного двугорбого верблюда со старой пачки «Кэмела» в мутанта, получившего имя Джо Кэмел, чья улыбающаяся морда господствовала на новой пачке. У Джо Кэмела было нелегкое рождение. Обнаженная женщина больше не виднелась на его передней ноге, зато между глаз появился огромный пенис. Компания вмешалась было в создание этого образа, но все-таки остановилась на фаллической версии, провозглашая, что «так действительно выглядят верблюды».

Осенью того года» когда родился Джо Кэмел, Росс Джонсон, бывший исполнительный директор «Набиско», который устал от табачного призрака, тащившего вниз курс акций конгломерата, объявил совету RJR Nabisco, что он намерен приобрести компанию за 17 млрд. долларов. Это заявление имело такой же эффект, как пролитие крови перед акулами. Специалисты HLT начали совещаться, и RJR Nabisco наконец была приобретена в 1989 году частным KKR за рекордную цену — 24,9 млрд. долларов (в те годы крупнейшая корпоративная сделка XX века). Покупка была проведена с захватывающей дух скоростью, и несколько неперспективных производительных линий (таких, как бездымные сигареты «Премьер») были закрыты. Джо Кэмела очень активно продвигали на рынке, и опрос, проведенный в 1991 году, показал, что 91 % шестилетних детей соотносят его с сигаретами и что школьники узнавали носатого верблюда ничуть не хуже, чем Микки Мауса.

Один из факторов, позволявший специалистам HLT оценивать табачные компании выше, чем это делала биржа, был значительный экспорт. К концу 1980-х годов американские табачные компании стали многонациональными и большую часть доходов получали от внешних продаж. Американское правительство, которое иногда использовало табак как рычаг для создания новых внешних рынков для американских товаров, способствовало экспорту сигарет. Особо больным местом оказалась Япония, положительный баланс торговли которой с Америкой являлся важным политическим фактором.