Дива Никотина. История о том, как табак соблазнил мир

Отточив свой метод на чужеземцах и сифилисе, Яков переходит в наступление на своего давнего врага, дьявола: «А теперь, любезные соотечественники, умоляю вас поразмыслить, позволяет ли наше доброе имя и благоразумие подражать варварским и животным манерам диких и безбожных индейцев, в частности, этой их гнусной и зловонной привычке?.. Почему бы и нам не начать ходить голыми, как это делают они? Почему бы не навесить на себя стекляшки, перья и прочие безделушки, как это делают они? Почему бы не отринуть Бога и не поклоняться дьяволу, как это делают они?»

Иными словами, курильщики были ничуть не лучше, чем поклоняющиеся дьяволу дикари.

Всеобщая слабость человечества заключается в том, что оно уравнивает силу некого довода с мнением о том, кто его высказал. Будь король Яков популярным правителем, красноречие его слов имело бы успех — англичане выбросили бы свои трубки и опустились бы в раскаянии па колени. Увы. Якова презирали, и он знал это, но вместо того чтобы прекратить свои выступления, продолжал их.

Его «Обвинение» было направлено против такого понятия, как пагубная привычка. Король Яков подбирался к новому явлению через его предшественника — грех. Суть пагубной привычки он определил как потребность ненужного и соответствующим образом упрекнул любителей табака:

Ответив, как я полагаю, на большинство принципиальных аргументов, приводимых в защиту этой скверной привычки, остается только сообщить, какие грехи и преступления вы совершаете, злоупотребляя ею. Во-первых, разве вы не виноваты в греховной и позорной страсти?.. и вот, хотя вы ничем не больны, а наоборот, совершенно здоровы, вы не можете быть ни радостными в обычной жизни, ни сладострастными в борделях, если у вас нет табака для возбуждения желания?..

Яков сравнил курильщиков с алкоголиками, которые начинают пить понемногу, но день за днем втягиваются и попадают в ловушку порока: «Никто из людей не любит крепкого опьяняющего напитка в первый раз… но постепенно входит во вкус… Разве не то же самое происходит с приверженцами табака? Разве не они сами приписывают ему это?» Чувство раздражения сквозит во всем «Обвинении». Монархи не любят, когда на них не обращают внимания, особенно когда они, как Яков, начинают теоретизировать, уповая на Божественное право королей. Резкий тон подорвал силу его аргументов, и памфлет был осмеян обществом. Когда Яков осознал, что его доводы не подействовали, он использовал против табака другое оружие, находившееся в его распоряжении, — налогообложение. Вероятно, идею ввести налог на табак Якову подали английские врачи, которые с 1603 года хотели получить монополию на его поставку и утверждали, что табак — лекарство, которое следует продавать по рецептам. Впрочем, Яков вряд ли нуждался в чьей-либо поддержке. Он ненавидел табак и был активным его ненавистником. Он ненавидел и секс с женщинами, но вряд ли его удалось бы обложить налогом. В том же году, когда было издано «Обвинение», Яков поднял пошлину на табак в 40 раз.

Повышение пошлины послужило дополнительным поводом к обеспечению независимых поставок табака посредством основания колоний в Новом Свете. Хотя табак во все возрастающем количестве производился в самой Англии, большая часть поставок принадлежала испанцам, что наносило английской экономике заметный ущерб. Когда Яков подписал мир с Испанией, устранив тем самым угрозу английской колонизации, его подданные решили, что пришло время воспользоваться новыми возможностями. Английский военно-морской флот увеличивался в размерах, пока страна воевала, но сейчас корабли переоборудовали совсем для других целей. Кроме того, тем, кто поддерживал деньгами английские военные корабли, принадлежащие частным владельцам, пришлось искать иные способы вложения денег, чем пиратство. И дело не только в том, что кораблей и денег для колонизации стало больше, а в том, что корабли стали лучше, а экипажи опытней. В 1603 году около 100 английских судов совершали ежегодные трансатлантические плавания для ловли трески неподалеку от Канады. Знания рыбаков об условиях кораблевождения в Атлантике помогали улучшать корабли, а сами моряки, благодаря своему опыту, могли принести колонистам немало пользы. В конце концов общественное мнение в Англии изменилось: Новый Свет стал выглядеть гораздо привлекательнее, чем раньше. О нем писали пьесы и очерки, в которых рассматривались перспективы не только нового мира, но и нового общества.