Дива Никотина. История о том, как табак соблазнил мир

Этот международный профиль придал колонистам уверенности, и они выразили своим британским хозяевам неудовлетворенность как торговлей в целом, так и торговлей табаком в частности. Торговля табаком во время Семилетней войны почти не пострадала, главным образом по причине благородства конфликтующих европейских стран. Французов обеспечивали их любимым вирджинским табаком — специальный британский закон позволял нескольким кораблям доставлять табак во Францию и возвращаться оттуда порожняком. Тем не менее многочисленные ограничения в торговле привели к тому что колониальные табачные плантаторы оказались в огромных долгах перед британскими торговцами. Как заметил производитель вирджинского табака Томас Джефферсон: «Долги стали наследственными и передавались от отца к сыну па протяжении многих поколений, в результате чего плантаторы оказывались чем-то вроде собственности торговых домов». Джорджу Вашингтону тоже довелось испытать, что такое экономическая хватка Великобритании: «Какая досада, свобода мысли всегда оказывается в долгу!» Пытаясь оплатить часть своих затрат на Семилетнюю войну за счет колоний, английское правительство ввело новые налоги, против чего объединили свои усилия такие люди, как Франклин, Вашингтон и Джефферсон. Как выяснилось, введенные налоги не были ни несправедливыми, ни обременительными. Граждане Великобритании платили налог в пятьдесят раз больший, чем в колониях. Новые налоги ввел Джордж Гренвилль, британский премьер-министр, человек, «имевший страсть к инструкциям и ограничениям». Колонисты протестовали не против налогов, а против самого принципа налогообложения. Новые обложения воспринимались ими как законодательный Троянский конь, в котором они угадывали массу злых намерений, включая ущемление личных прав колонистов.

Возникшая в результате такого рода догадок паранойя была непреодолимой — отныне любое действие британского правительства воспринимали с величайшим подозрением, которое отчасти оправдывалось по причине полного идиотизма правительства Георга III. Нюхательный табак и мода по-прежнему господствовали в английском обществе, яркие цвета армейской формы вдохновляли его солдат. Чай вытеснил бренди из числа традиционных британских напитков. Жизнь в Лондоне была слишком очаровательной и захватывающей, чтобы прислушиваться к скромно одетым колонистам, которые, по слухам, жевали табак, словно животные. Подобное безразличие было особенно очевидным на самой верхушке общества, символизируемой монархом. Георг III проявлял настолько мало интереса к тому, что творится вне Лондона, что до своих зрелых лет и сумасшествия не видел окружавшего его королевство моря. Его жену, королеву Шарлотту, прозвали «Нюхающая Шарлотта», поскольку нюханье табака было самым частым и любимым ее занятием.

Колонисты тем временем начали разрабатывать концепцию самоуправления, исходя из того, что страна вполне может существовать и без короля. Многие колонисты были знакомы с классическими основами республиканской формы правления, внимательно изучали римские тексты, отыскивая в них цивилизованные прецеденты для обоснования рабства. Они же возродили и другое римское понятие: патриотизм. Плоды исследовательской деятельности колонистов — основанные на классических принципах теории, — распространялись в виде брошюр, издаваемых огромными тиражами. Типографии печатали их бесплатно -в знак протеста против нового британского налога на печать. Некоторые брошюры попадали в Лондон, где вызывали понятное чувство раздражения. Мало того, что колонисты уклонялись от уплаты налогов, так они еще предлагали вообще их отменить.

Вскоре эта тема стала принципиальной и для Великобритании. Необходима была жесткая рука: «Американцы обязаны подчиняться. Мы — их мать, они — наши дети. Они должны повиноваться, мы — повелевать». В 1770 году из Англии отправили в Бостон два полка и расквартировали их там за счет колонистов. Когда поселенцы выступили против этого расхода и забросали снежками британских солдат, чьи красные мундиры представляли собой соблазнительные мишени, солдаты ответили пулями, убив при этом четырех человек. Это событие колониальные газеты преподнесли как массовую бойню. Тысячи экземпляров с изображением инцидента на гравюре Пола Ревира были розданы в раз утратившему веру в иллюзии населению. Незначительные по характеру эпизоды послужили теперь поводом для новых вооруженных столкновений. В 1773 году, когда из Британии в Америку был отправлен избыток чая в надежде пристрастить колонистов к его употреблению, в гавани Бостона белые мужчины, переодетые индейцами, пробрались на корабли и выбросили груз в воду. Британцы пришли в шок: это не просто дерзость, но еще и нецивилизованная дерзость! Доктор Джонсон немедленно сопроводил ее своим комментарием: «Патриотизм — последнее прибежище негодяя».