Дива Никотина. История о том, как табак соблазнил мир

Новый средний класс разработал такие ритуалы ухаживания за женщиной, которые оставляли мужчинам достаточно времени для зарабатывания денег и последующего достойного содержания семьи. Они позволяли мужчине определенное время до супружества оставаться холостяком. Трубка являлась как бы частью облика мужчины, сформировавшегося на протяжении этого холостяцкого периода, и в викторианскую эпоху представляла собой настолько важный инструмент мужского единства, что жены порой принуждали мужей бросить курить. Этот болезненный опыт Д. М. Барри описывает в «Леди Никотина» в первой главе под названием «Курение и брак — сравнение». В заключительной главе после многочисленных перипетий с курением трубок, «когда жена спит», автор появляется с пустой трубкой во рту, потому что хотя он и бросил курить, но от трубки не отказался. В викторианскую эпоху табак и женщины считались взаимоисключающими понятиями, и в поединке с табаком женщины не всегда выходили победителями. Знаменитые стихи Редьярда Киплинга живописуют дилемму, с которой сталкивались многие холостяки.

Так вот, мне пишет Мэгги, что выбрать должен я:

«Тебе дороже Ник О’Тин или любовь моя?»

Да, был жрецом Любви я уже год наверняка,

Но был почти семь лет я слугою табака.

Открой тот ящик старый. Взгляну-ка еще раз...

Да кто же эта Мэгги, чтоб я покинул вас?

Миллионы Мэгги не хотят ярмо свое сменить.

Но баба — только баба. С сигарой не сравнить[13].

 По всей видимости, страдания взаимоисключающего выбора знал лишь средний класс. Бедняки курили на виду у своих жен, да и жены бедняков тоже курили. Высший класс относился к курению (и женщинам) более благородно; как это демонстрирует в «Лунном камне» Уилки Коллинза злодей-аристократ Фрэнклин Блэк:

Мыслимо ли, чтобы мужчина курил столько же, сколько и я, и не понимал, что в его сигарной коробке существует система для выбора женщины? Внимательно следите за моей мыслью, и я докажу вам это в двух словах. Вы выбираете сигару, пробуете ее, и она вам не нравится. Что вы делаете? Выбрасываете ее и пробуете другую. Теперь смотрите, вот применение! Вы выбираете женщину, пробуете ее, и она разбивает вам сердце. Глупец! Учитесь у своей сигарной коробки. Выбросьте эту женщину и попробуйте другую!

Отождествление сигары с наглецом, появилось, например, у Томаса Гкрди в «Тесс из рода Д'Эрбервиллей», где безнравственный Алек Д’Эрбервилль курит сигару, смотрит на прелестную Тэсс, которая лакомится клубникой, и размышляет о том, как бы ее обольстить.

Иногда в целомудренном, но расстроенном уме холостяка среднего класса, который пытался отыскать себе место в мире перед тем как осесть, трубка смешивалась с сексом. Вот реакция Дж. М. Барри, когда дама, посетившая его холостяцкое жилье, не удержалась и потрогала его трубку: «Отскочила и упала чашечка, „Ой, — вскрикивает дама, — что я наделала! Простите!" Я сдерживаю себя. „Мадам, — спокойно отвечаю я и низко кланяюсь. — Чего же еще было ждать? Вы оказались вблизи моей трубки, и она потеряла голову!" Дама краснеет, но не может скрыть своего удовольствия..

Многие мужчины продолжали курить и после женитьбы. Привычка прогонять жену после обеда, чтобы насладиться курением в ее отсутствие, широко распространилась в XIX веке, равно как и комнаты для курения в частных домах. Комната для курения, неважно, расположена она в загородном доме или в Палате общин, служила для мужчин убежищем, где они предавались воспоминаниям о заморских приключениях или принимали серьезные решения, требовавшие отсутствия женщин. Курительную комнату в художественной литературе того периода воспевали как «жилище свободы, святилище гонимых, храм-убежище, трижды благословленную во всех своих видах землю, священную Мекку всех истинно верующих в божественность пенковой трубки и рай кальяна». Хотя викторианцы понимали значение курения в индейских культурах благодаря популярности опубликованных работ о Диком Западе, они наверняка воспротивились бы предположению о том, что их сборища в задымленных комнатах неким образом напоминают племенной круг индейских воинов, передающих по кругу священную трубку мира, или что рождающаяся на их глазах культура трубки основана вовсе не на английском здравом смысле.