Читаем Дней непрерывное течение полностью

— Прочное укрепление передовых позиций в международном сообществе — загадочно изъяснился Джон на политическом жаргоне для торжественных докладов.

— И какие же позиции приняты теперь в мировом сообществе? — еще сильнее заинтересовал Линду Джон происходящим в мировом экспозиционном пространстве этого павильона смотра международных достижений.

— Это слежение за правильным размещением и соблюдение при этом техники безопасности для надежности демонстрации выставочных экспонатов — толкнул дверь Джон в помещение администрации русской выставочной экспозиции.

— Джон и гостья — милости просим — пригласила Марина вошедших осваиваться в административном быту русского выставочного руководства.

— Линда. Марина. — обменялись они приветствиями и заодно представившись друг другу работниками рекламно — выставочной сферы деятельности.

— Линда тоже участник нашего путешествия в загородное лежбище талантов искусства- объяснил Джон появление сегодня в поле трудовой деятельности служащих выставочного комплекса.

— Мне осталось только подпоясаться, как говорят в таких случаях — Марина ткнула ногой в упакованную походную сумку.

— Тогда на этом месте в тот самый час — улыбнулся Джон женщинам, безошибочно истолковавшим тот самый час как совпадение часов и минут в момент истечения последних секунд рабочего времени. С этого рубежа стрелками часов с тружеников спадают оковы распорядка рабочего дня, освобождая его радостные стремления навстречу мечтам, вынашиваемым долгой трудовой неделей.

— А где остальные поклонники авторов независимой творческой мысли? — поинтересовалась Линда результатами организаторской деятельности Джона.

— Еще одного подхватим по дороге — докладывал Джон Линде о своих стараниях выманить нужных людей на какое — нибудь мероприятие.

— А еще одного захватим с работы — Джон внимательно посмотрел на Линду.

— Какой неутомимый труженик — уловив смысл этого взгляда, Линда прикрыла глаза в знак понимания.

— Пойдем, дождемся истекания часов недели трудовой — пригасил Линду Джон на территорию экспозиции его страны.

— И заживет союз народов интимной жизнью меж собой — рассмеялась Линда над распорядком жизни трудящихся всех стран.

— Остров привычных вещей — Линда устроилась на вращающемся кресле Джона, в его отсеке, отгороженном для служащих экспозиции, оглядев служебное убранство тесноты офисной каморки.

— Наступление технических идей на восток — Линда перелистала несколько каталогов из пачки оформленных красочным разнообразием приемов рекламной фотографии.

— Освежись, а то уснешь в нашем тихом омуте — Джон протянул ей одноразовый стаканчик с кофе из автомата снабжающего рекламных работников горячими напитками.

— Где же твой вклад в достояние страны в ответ на чаяния налогоплательщиков содержащих твое здесь пребывание — поинтересовалась Линда, оглядевшись по разбросанным Джоном разноцветным листам содержания различного назначения.

— Вот они сокровища нации — Джон махнул ногой, сидя на краю стола в сторону расползшейся пачки глянца с фотоинформацией. Глянец крупными шрифтовыми призывами разных художественных форм и размеров призывал, обещал, завлекал и обольщал выбрать, овладеть, не прогадать и больше ни о чем не думать, имея предложения от фирм — изготовителей продукции, представленной на предстоящей открывающейся на днях международной выставке.

— Сгребаю все в кучу и высказываю об этом свое мнение в электронном виде для соседа за перегородкой — Джон побарабанил пальцами по ее разделяющему трудовые обязанности материалу.

— В конце дня уборщица освобождает в моей творческой келье место для следующих идей, втекающих ко мне из — за уже другой перегородки — Джон махнул в ее строну рукой свободной от стаканчика с кофе.

— Вот так наши налогоплательщики обеспечивают захват рынков сбыта — Джон открыл дверцу шкафа, где поверх бумажных носителей идеологии рыночных сражений стояли аккуратные коробочки упаковки пищевых продуктов из глобальной структуры быстрого питания.

— Вот походный паек в борьбе за рыночное пространство — улыбнулся Джон, предлагая Линде разделить условия трудовых будней офисного бойца коммерческого фронта.

— Хорошо, согласна на женскую долю тягот в напряжении сил государства в мировой торговле — согласилась Линда с предложением Джона.

— Отдели мне десерт от своей львиной доли — уточнила Линда свое участие в совместной трапезе в служебных офисных условиях.

— Как же ты проводишь обеденный перерыв? — поинтересовалась Линда, замедляясь после нескольких кругов на вращающемся стуле.

— Отсюда можно упасть, если заснуть после еды — Линда попробовала устроиться на ночлег на стуле Джона.

— Я заезжаю на нем между столом и шкафом — Джон показал Линде тайник для снов и покоя.

— Этот окоп имеет заметное оборонительное значение — улыбнулся Джон Линде, растерявшейся в догадках какую осаду Джон выдержал в этом закутке из древесно — стружечной мебели.

— У тебя хотели выведать секреты предстоящей экспозиции? — прыснула Линда несдержавшимся смехом над спасающимся от происков коварных врагов за шкафом Джоном.

Перейти на страницу:

Все книги серии Международный фестиваль Бориса и Глеба

Грусть в социальных сетях
Грусть в социальных сетях

Любить Родину, быть патриотом возможно, осознавая духовность русского народа, уходящую своими корнями в славное историческое прошлое Руси. Стремясь воспитать патриотов среди юношества, мы обращаемся к духовным качествам первых русских святых. Великий киевский князь Владимир Святославич, Креститель Руси сумел воспитать в своих сыновьях от одной матери Борисе и Глебе лучшие мужские качества. Древний агиограф утверждает: «Борис был крепок телом, всячески украшен – точно цветок цвел в юности своей; в ратях был храбр, в советах мудр и разумен во всем. Благодать Божия процветала в нем».Ориентиром в воспитании современных патриотов служит главное качество Бориса и Глеба как христиан – следование совести во имя братской любви в противовес жёсткой языческой борьбе за власть и материальные богатства, породившее их нравственную победу. Вся земля признает их святыми. Это был переворот от языческого сознания, от властолюбия и наживы, к христианству, достижению духовного и нравственного идеала.Данный сборник стихов – седьмой в творческой биографии Сергея Демиденко – дипломанта XV Всероссийского (Челябинск, июль 2016 г.), конкурса «Патриот России» на лучшее освещение в электронных и печатных средствах массовой информации темы патриотического воспитания. Автор – член Общества Данте Алигьери, участник Первых Ахматовских чтений (г. Катания, Сицилия, 2014 г.).Сборник состоит из пяти частей, обозначающих ориентиры для нравственных побед в современном обществе, с которыми (А.С. Пушкин) «… сердце бьётся в упоении, и для него воскресли вновь и божество, и вдохновенье, и жизнь, и слёзы, и любовь».Для ценителей поэзии.

Сергей Демиденко

Поэзия

Похожие книги

Судные дни
Судные дни

Находясь на грани банкротства, режиссер Кайл Фриман получает предложение, от которого не может отказаться: за внушительный гонорар снять документальный фильм о давно забытой секте Храм Судных дней, почти все члены которой покончили жизнь самоубийством в 1975 году. Все просто: три локации, десять дней и несколько выживших, готовых рассказать историю Храма на камеру. Но чем дальше заходят съемки, тем более ужасные события начинают твориться вокруг съемочной группы: гибнут люди, странные видения преследуют самого режиссера, а на месте съемок он находит скелеты неведомых существ, проступающие из стен. Довольно скоро Кайл понимает, что некоторые тайны лучше не знать, а Храм Судных дней в своих оккультных поисках, кажется, наткнулся на что-то страшное, потустороннее, и оно теперь не остановится ни перед чем.

Адам Нэвилл , Ариэля Элирина

Боевик / Детективы / Фантастика / Ужасы и мистика
Циклон с востока
Циклон с востока

Роман о военном времени, о сложных судьбах и опасной работе неизвестных героев, вошедших в ударный состав «спецназа Берии». 1944 год. После Сталинграда и Курской дуги немцы уже не в силах наступать. Понимая это, советское командование решает перебросить с Дальнего Востока на западный фронт часть дивизий, противостоящих Японии. Вермахт настаивает, чтобы союзники помешали этой переброске. Японцы засылают на нашу территорию диверсионную группу с задачей — повредить коммуникации и уничтожить важные объекты. Нейтрализовать противника поручено отряду майора Максима Шелестова. Он разрабатывает необычный план, понимая, что на этот раз ему придется жертвовать кем-то из своих товарищей… Эта серия хороша тем, что в ней проведена верная главная мысль: в НКВД Лаврентия Берии умели верить людям, потому что им умел верить сам нарком. История группы майора Шелестова сходна с реальной историей крупного агента абвера, бывшего штабс-капитана царской армии Нелидова, попавшего на Лубянку в сентябре 1939 года. Тем более вероятными выглядят на фоне истории Нелидова приключения Максима Шелестова и его товарищей, описанные в этом романе. (С. Кремлев)

Александр Александрович Тамоников

Боевик