Читаем Дней непрерывное течение полностью

— Прощай, тогда любимый город — засыпай спокойным сном — смутьяны умов и сердец собираются сегодня за твоими пределами — Марина забросила на плечо свою ношу с необходимым для пригородных условий пребывания и вышла за Линдой и Джоном за дверь служебного помещения.

33.

— Выступили согласно мобилизационному предписанию — рассмеялся Джон, глядя на них, нагруженных походным имуществом.

— Нет, скорее тогда уж геологи идут на изыскательскую выброску в глубины недр — поддержала Марина романтический настрой предстоящего вечера.

— Эти образы бродяг в елках — палках ближе к предстоящей нам в эти дни действительности — согласилась с Мариной Линда, напомнив об их направленности на сбор мастеров художественного слова в природной свободе прокламаций творческих идей.

— Тогда седлаем свои лошадиные силы и строем на сбор остальных участников экспедиции за духовным богатством свободного творчества — предложил Джон дальнейший порядок выезда на бескрайность природы окружающей тесноту городских построек.

— Марина, равняемся сегодня на твои стоп — сигнальные огни — пусть вдаль вперед ведут они — произнес Джон сложившуюся формулировку загородного походного устремления с интонацией поэтического двигателя двигателей какой — нибудь идеи свободы, изобразив жестами порыв из снедающих догм.

— Сможешь попробовать свои духовные силы в творческом соревновании предстоящего саммита в лугах собравшихся словесников — рассмеялась Линда над интерпретацией Джона образа освобожденного творца.

— К сожалению, я не выдержу ни одного из этапов предстоящих соревнований среди закаленных бойцов идейного фронта — усмехнулся Джон, скромно потупившись в изображении сознания своей несостоятельности на этом ристалище творцов искусства.

— Какие же препятствия ты видишь на пути свободы слова в чистом поле? — удивилась Марина надуманности трудностей, воздвигаемых перед собой Джоном в проявлении способностей на неофициальной вечеринке.

— Первый этап видится мне отборочным для выявления твердости творческой позиции — начал излагать Джон свою теорию авторских поэтических посиделок.

— Второй этап, он же и заключительный в отстаивании правоты каждого перед другими именно своих воззрений на всенародное значение несомого им словарного богатства — Джон изложил свои тезисы видения соревнования идейных интеллектуалов.

— Кажется, я начинаю понимать — рассмеялась Марина над выкладками Джона.

— Мне тоже, кажется, понятно о чем идет речь — улыбнулась ей в ответ Линда.

— Да, Джон, и перепой и мордобой, обрушенный на тебя выразителями народной воли призывом стиха, тебе вряд ли удастся перенести без тяжелых последствий — согласилась Линда с Джоном об избрании им исполннения скромной роли благодарного слушателя рифмованных творений о прозе окружающей повседневности выступающими творцами.

— Надо побыстрее собрать остальных из нашего кружка любителей стихотворных словосочетаний — Марина забросила на заднее сидение своего автомобиля упакованное в сумку любительское туристическое снаряжение горожанина собравшегося к костру выходного дня.

— Не отставать. Держать строй — Марина выруливала с парковки, призывая по включенной для взаимодействия в городском движении мобильной связи за собой Линду и Джона на их машинах не отставать от нее.

— Ты за собой вперед веди, пойдем мы и на край земли — уверил Марину Джон в его стремлении не свернуть с дороги к встрече с первоисточниками поэтических откровений, бьющих словом по обыденной унылости среди кустарников и трав ближайшего пригорода.

— Эскорт составлен — откликнулась Линда в малолитражке между автомобилями Марины и Джона.

— Не разнесло бы наш автопоезд по частям этим потоком — Марина стояла в стартовой готовности в своем автомобиле на краю проезжей части примыкающей к многополосной автомагистрали.

— Медленная и суровая неприступность городской среды противостояла попыткам автопутешественников покинуть ее пределы для выезда за черту городской границы — тоном загробного звучания описал Джон их ожидания вклиниться в движение по автомагистрали, подражая закадровым голосам из кинотриллеров.

— Ну, что же, за милых дам я буду смел, как никогда я знаю сам — объявил Линде и Марине Джон о своей намечающейся самоотверженности организовать их дальнейшее движение.

— Пойдешь пешком, а нас на руках понесешь — предположила Линда глубину смелости Джона.

— Наверное, как человек паук упрется рукой в движение по ближайшей полосе и застопорит на время достаточное для выезда. — высказала Марина свое видение предстоящего.

— Поделите пополам точность ваших прогнозов — оставил Джон своих спутниц в настороженном непонимании ими задуманного.

— А теперь приготовьтесь влиться своим движением в движение автотранспорта остальной городской публики — громким голосом поэтического новатора пламенных идей выразился Джон по мобильной связи в адрес присутствующих с ним на автодороге дам.

— Пристегнуться, не курить — Джон объехал автомобили своих спутниц и остановился рядом с ведущей их по курсовому направлению Мариной.

Перейти на страницу:

Все книги серии Международный фестиваль Бориса и Глеба

Грусть в социальных сетях
Грусть в социальных сетях

Любить Родину, быть патриотом возможно, осознавая духовность русского народа, уходящую своими корнями в славное историческое прошлое Руси. Стремясь воспитать патриотов среди юношества, мы обращаемся к духовным качествам первых русских святых. Великий киевский князь Владимир Святославич, Креститель Руси сумел воспитать в своих сыновьях от одной матери Борисе и Глебе лучшие мужские качества. Древний агиограф утверждает: «Борис был крепок телом, всячески украшен – точно цветок цвел в юности своей; в ратях был храбр, в советах мудр и разумен во всем. Благодать Божия процветала в нем».Ориентиром в воспитании современных патриотов служит главное качество Бориса и Глеба как христиан – следование совести во имя братской любви в противовес жёсткой языческой борьбе за власть и материальные богатства, породившее их нравственную победу. Вся земля признает их святыми. Это был переворот от языческого сознания, от властолюбия и наживы, к христианству, достижению духовного и нравственного идеала.Данный сборник стихов – седьмой в творческой биографии Сергея Демиденко – дипломанта XV Всероссийского (Челябинск, июль 2016 г.), конкурса «Патриот России» на лучшее освещение в электронных и печатных средствах массовой информации темы патриотического воспитания. Автор – член Общества Данте Алигьери, участник Первых Ахматовских чтений (г. Катания, Сицилия, 2014 г.).Сборник состоит из пяти частей, обозначающих ориентиры для нравственных побед в современном обществе, с которыми (А.С. Пушкин) «… сердце бьётся в упоении, и для него воскресли вновь и божество, и вдохновенье, и жизнь, и слёзы, и любовь».Для ценителей поэзии.

Сергей Демиденко

Поэзия

Похожие книги

Судные дни
Судные дни

Находясь на грани банкротства, режиссер Кайл Фриман получает предложение, от которого не может отказаться: за внушительный гонорар снять документальный фильм о давно забытой секте Храм Судных дней, почти все члены которой покончили жизнь самоубийством в 1975 году. Все просто: три локации, десять дней и несколько выживших, готовых рассказать историю Храма на камеру. Но чем дальше заходят съемки, тем более ужасные события начинают твориться вокруг съемочной группы: гибнут люди, странные видения преследуют самого режиссера, а на месте съемок он находит скелеты неведомых существ, проступающие из стен. Довольно скоро Кайл понимает, что некоторые тайны лучше не знать, а Храм Судных дней в своих оккультных поисках, кажется, наткнулся на что-то страшное, потустороннее, и оно теперь не остановится ни перед чем.

Адам Нэвилл , Ариэля Элирина

Боевик / Детективы / Фантастика / Ужасы и мистика
Циклон с востока
Циклон с востока

Роман о военном времени, о сложных судьбах и опасной работе неизвестных героев, вошедших в ударный состав «спецназа Берии». 1944 год. После Сталинграда и Курской дуги немцы уже не в силах наступать. Понимая это, советское командование решает перебросить с Дальнего Востока на западный фронт часть дивизий, противостоящих Японии. Вермахт настаивает, чтобы союзники помешали этой переброске. Японцы засылают на нашу территорию диверсионную группу с задачей — повредить коммуникации и уничтожить важные объекты. Нейтрализовать противника поручено отряду майора Максима Шелестова. Он разрабатывает необычный план, понимая, что на этот раз ему придется жертвовать кем-то из своих товарищей… Эта серия хороша тем, что в ней проведена верная главная мысль: в НКВД Лаврентия Берии умели верить людям, потому что им умел верить сам нарком. История группы майора Шелестова сходна с реальной историей крупного агента абвера, бывшего штабс-капитана царской армии Нелидова, попавшего на Лубянку в сентябре 1939 года. Тем более вероятными выглядят на фоне истории Нелидова приключения Максима Шелестова и его товарищей, описанные в этом романе. (С. Кремлев)

Александр Александрович Тамоников

Боевик