Добровольный отказ от совершения преступления

Воздержание от исполнения преступного задания и добровольное заявление органам власти о своей связи с иностранной разведкой есть специфическая форма добровольного отказа от доведения преступления до конца. Начало преступления состоит в даче согласия на выполнение враждебных действий против СССР. Поскольку задание, полученное в результате вербовки, фактически не исполнялось по собственной воле данного лица, то здесь можно говорить о добровольном отказе от совершения преступления. Но, ввиду особой опасности содеянного, отказ должен быть подтвержден активными действиями, т. е. соответствующим сообщением (заявлением) в государственные органы;

2) в примечании к статье 174 Уголовного кодекса РСФСР (дача взятки) указано: "Лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если в отношении его имело место вымогательство взятки или если это лицо после дачи взятки добровольно заявило о случившемся".

В плане вопроса о добровольном отказе от совершения преступления вызывает особый интереса второе из названных условий, представляющее собой форму устранения причиненного вреда. Дача взятки является преступным посягательством на правильную деятельность советского государственного аппарата. Если виновный сразу же после дачи взятки сообщает соответствующим органам о совершенном им преступлении, то это значит, что причиненный вред будет устранен. В данном случае меры, принятые взяткодателем вслед за событием преступления, рассматриваются как обстоятельство, освобождающее его от уголовной ответственности, они не означают добровольного отказа от доведения преступления до конца, поскольку последнее уже совершено (факт дачи взятки состоялся);

3) в соответствии со статьей 218, частью первой, Уголовного кодекса РСФСР "ношение, хранение, приобретение, изготовление или сбыт огнестрельного оружия (кроме гладкоствольного охотничьего), боевых припасов или взрывчатых веществ без соответствующего разрешения наказываются лишением свободы на срок до пяти лет".

В примечании к той же статье сказано: "Лицо, добровольно сдавшее огнестрельное оружие, боевые припасы или взрывчатые вещества, хранившиеся у него без соответствующего разрешения, освобождается от уголовной ответственности".

Преступление, предусмотренное статьей 218 Уголовного кодекса РСФСР, является по своему характеру длящимся, т. е. лицо считается совершающим преступление все время, пока оно носит или хранит оружие. Поэтому отказаться от его совершения, например, путем выбрасывания оружия уже невозможно. Для освобождения от уголовной ответственности необходимо не просто прервать преступление, а сделать это путем совершения активных действий, направленных на то, чтобы оружие было полностью изъято из обращения, т. е. сдать его органам власти. Следовательно, единственно правильный путь - это добровольная сдача названных предметов государственным органам. Такая форма раскаяния не есть добровольный отказ от доведения преступления до конца; лицо считается совершившим преступление, но от уголовной ответственности освобождается.

История с хищением (кражей) фанеры завершилась еще более тяжким преступлением - умышленным убийством. Раскрыть оба преступление помог Игорь: он вместе со своим отцом пришел в милицию и рассказал обо всем, что ему было известно, - и о краже фанеры, и об убийстве. Он чистосердечно раскаялся в совершенном хищении, принял меры к разоблачению преступной группы и к возмещению материального ущерба. Но государственное имущество было уже изъято виновными и обращено ими в свою пользу: они "реализовали" фанеру, а вырученные от ее продажи деньги разделили между собой. Таким образом, факт хищения состоялся. Преступление было окончено. Поэтому уголовная ответственность Игоря не исключается. Что же касается его сообщения об убийстве, то здесь речь идет, конечно, о другом преступлении, в котором он не участвовал. Если бы он не сообщил об этом преступлении, то подлежал бы уголовной ответственности за недонесение о нем по статье 190 Уголовного кодекса РСФСР.