Доктрина шока

Три десятилетия назад неолиберальный крестовый поход начался с подобных вещей: людей, относящихся к так называемым «подрывным элементам» и «пособникам террористов», вытаскивали из жилищ, закрывали им глаза повязками и колпаками, кидали в тесные тюрьмы, где их ожидали побои или нечто худшее. Теперь, благодаря мечте создать в Ираке образцовый свободный рынок, этот поход совершил полный круг и вернулся к началу.

Пытки стали практически повсеместным явлением по той причине, что Дональд Рамсфельд решил превратить армию в подобие современной корпорации, передающей свои функции посторонним исполнителям. Думая о дислокации войск, он вел себя скорее не как министр обороны, но как вице-президент Wal-Mart, экономящий на оплате труда подчиненных. Генералы изначально предлагали задействовать 500 тысяч военных, Рамсфельд не пошел у них на поводу и сократил это количество до 200 тысяч, потом и это показалось ему слишком много: в самую последнюю минуту, как будто в нем взыграл дух руководителя компании, он исключил еще несколько десятков тысяч военных из плана битвы13.

Хотя эти войска были в состоянии свергнуть Саддама, они не могли справиться с ситуацией, которую породили в Ираке указы Бремера, когда население перешло к открытому бунту, а иракские армия и полиция были упразднены и не заменены новыми структурами. Не имея возможности из-за малочисленности поддерживать порядок на улицах, оккупационный режим прибег к другому средству: он разгонял собравшихся и бросал их в тюрьмы. Тысячи задержанных попадали в руки агентов ЦРУ, американских военных и частных контрактников — многие из последних не прошли никакой подготовки, — применявших суровые методы допроса, чтобы получить информацию относительно сопротивления.

В первые дни оккупации «зеленую зону» наполняли эксперты по экономической шоковой терапии из Польши и России, теперь же она как магнит притягивала к себе шоковых экспертов, специализирующихся на мрачном искусстве подавлять сопротивление. Частные компании, занимающиеся безопасностью, оказались тут в одном ряду с ветеранами грязных войн в Колумбии, Южной Африке и Непале. Как утверждает журналист Джереми Скехилл, Blackwater и другие частные фирмы наняли более семисот военных из Чили (многие из них раньше служили в частях особого назначения) для работы в Ираке, некоторые из чилийских наемников получили подготовку при Пиночете14.

Одним из самых высокопоставленных специалистов по шоку был американский офицер Джеймс Стил, прибывший в Ирак в мае 2003 года. Стил играл ведущую роль в крестовых походах правых в Центральной Америке, он служил главным американским советником нескольких батальонов армии Сальвадора, есть подозрения, что это были отряды убийц. А в последнее время он стал вице-президентом Enron и приехал в Ирак вначале в качестве консультанта по энергетике, но когда разгорелось сопротивление, вернулся к старому ремеслу и сделался главным советником Бремера по вопросам безопасности. В заключение Стил принес в Ирак «сальвадорское решение», как его откровенно называли анонимные источники из Пентагона15.

Джон Сифтон, возглавляющий группу расследований в Human Rights Watch, сообщил мне, что жестокое обращение с узниками в Ираке не похоже на другие случаи подобного рода. Как правило, в зонах конфликта жестокое обращение проявляется сразу, еще «в дымке войны», пока в стране царит хаос и никто не знает соответствующих правил. Так это происходило в Афганистане, сказал Сифтон, «но в Ираке дело обстояло иначе — злоупотребления совершали профессионально и вместо улучшения ситуация становилась все хуже». По его мнению, важным этапом является август 2003 года — четыре месяца спустя после взятия Багдада. Именно с этого момента свидетельства о жестоком обращении с заключенными стали поступать в огромном количестве.

Из такой датировки следует, что в камерах пыток шок стали применять сразу после экономического шока Бремера. В последних числах августа Бремер завершил мероприятия по введению своих крайне спорных законов и по отмене выборов. Поскольку это пополнило ряды сопротивления, американские солдаты, чтобы выбить из иракцев желание бунтовать, начали обходить дома, взламывать двери и забирать по одному мужчине призывного возраста за налет.

Хронологию перемены тактики легко изучить с помощью ряда рассекреченных документов, которые привлекли к себе внимание в разгар скандала вокруг Абу-Грейб. Первый документ датируется 14 августа 2003 года, это электронное письмо капитана Уильяма Понса, офицера разведки из главной штаб-квартиры в Ираке, своему коллеге в другой части страны: «Пора перестать церемониться с задержанными... [полковник] ясно дал понять, что нам нужно сломить волю этих людей. Инцидентов становится все больше, и нам нужна информация, чтобы защитить наших солдат от нападений в будущем». Понс спрашивает, какие техники допрашивающие хотели бы применять к задержанным — он назвал это «списком пожеланий». В ответ в его почту посыпались разные предложения, среди прочих — использовать «удары низковольтного тока»16.