Должник

– Ход мыслей ваших понятен, – подвел черту Рудольф. – Стекло – это одно. Небольшая матовость, в отдельные моменты блики – это ясно. Это логичное умозаключение.

Кажется, Рудольф собирался выставить меня в нелестном свете. Вот лысый порноделец.

– Вы не думайте, – счел необходимым оговориться он, – я не хотел вас обидеть. Я просто говорю очевидные вещи.

– И какие же они очевидные?

– Вы прислушивались к звуку на диске?

– К звуку? Звук как звук, – пожал плечами я.

– В том-то и дело, – довольно резюмировал Рудольф. – Звук нормальный. А если бы запись шла через окно – скорее всего, звука не было бы никакого. В крайнем случае, не при записи через любительскую камеру.

– Может, окно было открыто? Или форточка, – высказал предположение я.

– Если бы было открыто окно – это попало бы в кадр. А при одной открытой форточке звук все равно будет не тот. Поверьте уж мне…

Он запнулся. И мне показалось, что он хотел добавить: «старому порносъемщику». Но, видно, постеснялся. И я злорадно усмехнулся. Верить я ему не собирался. Доверие в наше время слишком большая роскошь. А вот здравые суждения послушать – это пожалуйста.

– Тогда через какое стекло могли снимать? – не выдержал я.

– А вот этого я не знаю. Думайте. Решайте.

Ага. «Думайте сами, решайте сами…»

– И еще, – торопливо проговорил Рудольф, словно испугавшись, что ему могли не дать закончить. – По поводу того, что герои сюжета могли не знать о съемке… Не обязательно оба могли не знать. Вполне возможно, только девушка. Она могла не догадываться о своей участи. А вот этот… в маске гориллы – этот вполне мог знать… Но то, конечно, в том случае, если съемка производилась натурально. Вы меня понимаете?

Я его понимал. Он не желал брать на себя ответственность и утверждать, что все снятое на видеокамеру – не спектакль. Тем паче что и тот же Серега этот вопрос оставил открытым. Все может быть.

– И что вы мне посоветуете? – я пытался получить хоть какую-то путеводную нить.

– Что посоветую? Ничего. Я не знаю, что тут вам посоветовать. Если бы это была обычная порнопродукция – я бы вам, конечно, посоветовал. Но здесь… Я уже стар и мне незачем юлить. Я высказал свои предположения – и это все, чем я могу на данном этапе вам помочь.

– На данном?

– Ну, если у вас есть еще что-то, кроме диска… Но если только это – тогда все.

У меня было только это. О Родове я, конечно, говорить не мог. А поэтому на самом деле – все.

Я ушел от Рудольфа с очередным набором вопросов. И с чувством, что если и дальше так пойдет, то ноша может оказаться для меня слишком тяжелой. И, чего доброго, я надорвусь.

3

Оказавшись дома, я первым делом выпил пару бокалов вина. Для улучшения мозговой деятельности.

Никакого такого улучшения я не почувствовал. А вот неудовлетворение – да.

Сидя на диване, я хмуро смотрел в пустой бокал, который механически вертел в руке, и силился сопоставить имеющиеся у меня факты один с другим.

Сопоставлять было тяжело. Потому что фактов как таковых у меня и не имелось. Лишь предположения. А вот они… Неизвестно, приведут меня куда-нибудь или нет.

В этом я почему-то стал не на шутку сомневаться.

Мне нужно было найти Кирю. Этого урода, как любовно называл его работодатель. Бывший его работодатель. Киря уволился по собственному желанию. Взяв не те «отходные».

И вот я терзаюсь над этой записью на диске, а в конечном итоге может оказаться, что терзаюсь я зря. Может, эта запись ни хрена и не значит. Хотя, конечно, если не значит, то зачем держать видеокамеру в сейфе. И все же.

Мысль, что я попусту трачу время, маясь с порнозаписью, стала меня тревожить.

Может, ну его к дьяволу этот диск, и начать заниматься, как положено, Кирей? То бишь отыскать его «контакты», узнать о нем побольше – может, даже смотаться в родную его Орловскую губернию и там поразнюхать. А пленка…

Оставалась Мадам. Второй человек, которого мне рекомендовал посетить Серега.

Я решил, меня не убудет от того, что я схожу к этой самой Мадам. Раз уж начал с этой пленки…

Встреча с Мадам у меня состоялась.

И принесла, в отличие от других, плоды.

Глава 4

1

Следующие три дня слились для Леонида в один.

Ровно в пять утра легким тычком в бок Илья поднимал Леонида и давал пятнадцать минут на приведение себя в порядок. Это приведение сводилось к следующему – принятие холодного душа, туалет и облачение в спортивную одежду. Еще десять минут уходили на легкий завтрак. После чего Леонид садился в машину, в которой его уже ждал Воронцов. Тот не был в спортивной одежде. А в своей обычной – джинсы и майка.

В багажнике машины Леонида ждала сумка со всем необходимым: знакомой парню «береттой», автоматом-пистолетом «узи» и запасными комплектами патронов к данному оружию. Все это Илья хранил у себя в тайнике в погребе (там же находились еще несколько «стволов»).

На машине они подъезжали к пустынному уголку на берегу моря, где среди скал их поджидал катер Ильи, пересаживались в катер и еще через двадцать минут доплывали до небольшого безлюдного островка, заросшего деревьями. И на нем начиналось самое главное…

Пробежка по берегу вокруг острова.