Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях

В то время как князья стали здесь строиться, гора была покрыта боровым лесом, чему свидетелями служат остающиеся до сих пор названия Боровицких ворот и дворцовой церкви Спаса на Бору. Здесь же против ворот стояла другая церковь, сломанная при постройке нового дворца, – Рождества Иоанна Предтечи на Бору, о которой летописец рассказывает, что она в том бору была и срублена и была первою древнейшею церковью Москвы и первым ее соборным храмом при Петре митрополите, который вначале и жил возле нее. Есть также свидетельство, что это место было заселено еще в глубокой древности. При постройке здания теперешней Оружейной палаты, примыкающего к Боровицким воротам, были найдены на материке два серебряных витых обруча (гривны) и две серьги, принадлежащие еще языческой эпохе и весьма сходные с подобными же вещами, находимыми в курганах Московской области. Нельзя забыть также и мнения Ходаковского о древнеславянских городищах и городках, которые он считает богослужебными языческими капищами и которые устраивались именно на таких горах, при слиянии двух рек, с отлогим всходом с восточной стороны, как все и существует на этой Кремлевской горе. Во всяком случае, место было очень удобно если не для языческого капища, то для обыкновенного поселения.

Если церковь Иоанна Предтечи была первою в древнем городке Москвы, то и первый княжий дворец мы должны отыскивать возле этой же церкви, и притом с западной ее стороны, так что его местоположение придется еще ближе к Боровицким воротам или же вообще ближе к острому углу бывшего здесь некогда берегового острога, или косогора, теперь, как мы упомянули, значительно срытого. После, быть может, уже в XIII в., когда население распространилось, и княжеский двор по тесноте места должен был отодвинуться дальше к востоку, где и устроился на месте нынешнего Большого дворца пред новою церковью Благовещения на княжих Сенях. По легендам, постройка этой церкви относится к 1291 г.

Как бы ни было, но первое древнейшее заселение Кремля сосредоточивалось у Боровицких ворот, на бору или в бору, на высоком остроге речки Неглинны и Москвы-реки.

Русские князья, делая свои пути в эту лесную землю, без сомнения, становились там, где уже было жилье. Москва лежала на одном из таких путей, и по-видимому самом главном, так что при проезде с юга в Суздальскую землю ее миновать было нельзя. По всему вероятию, с первых же княжеских походов в эту землю Москва сделалась их становищем, может быть, очень любимым за красоту места, а также по тем выгодам, какие доставляла в здешних местах охота. По крайней мере, первое летописное известие о ней есть в то же время известие о пире, об обеде сильном, которым в 1147 г. угощал князь Суздальский Юрий Владимирович Долгорукий князя Северского Святослава, ходившего тогда воевать Смоленскую область по реке Протве. Выбор места для сильного обеда указывает, что Москва и в то уже время представляла необходимые усадебные удобства для княжеского пированья. При этом до́лжно заметить, что дело было раннею весною, 5 апреля, в Похвальную субботу, следовательно, пир не мог происходить в шатрах, как часто случалось у князей в летнюю пору, и, без сомнения, происходил в избах и клетях на княжем становом дворе. Таким образом, заселение князьями Москвы мы можем отнести ко времени их первых походов и путей в Суздальскую землю.