Домашний быт русских цариц в XVI и XVII столетиях

Царица часто крестила немок, татарок, калмычек, арапок; неизвестно только, бывала ли она сама восприемницею этих новокрещенных или отдавала кому из верховых боярынь; но крещаемым из дворца всегда из царицыной казны выдавалось платье и деньги. Так были крещены в сентябре 1652 г. немка Ульяна с дочерью, вымышленикова жена, вероятно, жена какого-либо немца-инженера, ибо именем вымышленика назывались у нас инженеры. В том же месяце крестилась немка Авдотья Александрова – жена полковника Лесля. Ей куплено: крест золотой весом 4 золотн., за 5 руб.; цепочка серебряная вызолоченная весом 14 золотн., за 3руб., башмаки белые сафьянные, ичетыги червчатые за 21 алт. 4 ден. В октябре крещена немка Авдотья – Товиасова жена, которой куплено: крест золотой 2¹/₂ руб., цепочка серебряная вызолоченная, 12 золотн., 2 руб. 23 алт. 2 ден., башмаки белые, ичетыги желтые сафьянные за 22 алт., ошивка кружевная, 16 алт. 4 ден. В ноябре в Варсонофьевском монастыре крещены татарки три вдовы, четвертая мужняя жена. Им куплены кресты: один серебряный позолоченный, 3 золотн. за 11 алт., три серебряных белых по 3 золотн. за 24 алт. Тогда же крещена девка-татарка, которой куплена телогрея киндячная на песцовом меху, рубашка женская и сапоги барановые красные. В это же время трем новокрещенным татарчонкам куплено три кафтана кушачные червчаты на зайцах с мишурными нашивками за 4 руб. 15 алт. В феврале 1653 г. в Вознесенском монастыре крещена девка-самоядка, которой тогда куплены сапоги желтые сафьянные и чулки белые за 23 алт. 2 ден.

При царице Евдокии Лукьяновне одна из новокрещенных немок девка Авдотья Капитонова находилась даже в собственной комнате царицы, была ею очень любима и исполняла все комнатные ближайшие ее поручения и приказания. Замечательно, что через 18 дней после кончины царицы она была выслана из дворца в свое поместье, вероятно, прежде ей пожалованное. 5 сентября 1645 г. государь указал сослать с Москвы в Нижний Новгород девку Авдотью Капитонову да сестру ее вдову Авдотью же с детьми на своих государевых подводах, а из Нижнего указал государь их сослать в Нижегородский уезд в их поместье деревню Летнюю до своего государева указу. Для береженья с ними дослан сын боярский. В городе велено их принять воеводе, а приняв, «сослать в деревню и из деревни никуда выезжать им до государева указу не велеть, в обидах от всяких людей оберегать и в обиду людей их и крестьян никому не давать; а будет кто из дворян или из детей боярских на той девке Авдотье жениться похочет, и тое девку велеть выдать замуж сестре ее, вдове Авдотье, из воли, безо всякого опасенья, а что у девки государева жалованья поместья и вотчины и тем поместьем и вотчинами государь пожалует жениха ее». Можно полагать, что она была крестницею самой царицы или самого государя.

Очень естественно, что еще большие заботы царица полагала об устройстве судьбы своих бедных родственниц, которые девицами жили обыкновенно в Верху на ее попечении. Они составляли особую степень верховых царицыных чинов под именем верховых девиц-боярышен. В этот чин царица определяла по большой части сирот своего родства, а иногда брала девиц и у родителей, по бедности не имевших средств дать на воспитание, а главным образом, не имевших средств выдать их замуж. Таким девицам царицын Верх всегда являлся надежною опорою и заботливым покровителем. До возраста они стольничали у малолетних царевен, служили им в их детских играх и жили в их же комнатах. На возрасте царица выдавала их замуж за добрых людей, в которых, конечно, недостатка никогда не было, ибо женитьба на верховой боярышне всегда сопровождалась значительными выгодами для жениха и в отношении приданого, и в отношении службы. «А иных девиц и вдов, небогатых, – говорит Котошихин, – царица и царевны от себя с двора выдают замуж за стольников, за стряпчих и за дворян, и за дьяков и жильцов, своим государским наделением, также и вотчины дают многие или на вотчины деньгами из царские казны, да их же отпущают по воеводствам, и те люди воеводствами побогатеют».

Однако ж, чтобы такое приданое, как и сама невеста, действительно попадали в руки доброму человеку, необходимо было наводить об избираемых женихах надлежащие справки, необходимо было подробно узнавать их житье-бытье, что, по всему вероятию, и делалось чрез верховых и приезжих боярынь, а равно и чрез ближних людей государя, конечно, при посредстве тех же боярынь. Нельзя также сомневаться, что, принимая особенное участие в судьбе своих верховых боярышен, царица и самолично досматривала их женихов скрытно и ни для кого невидимо, как подобало в царицыном быту.