Дон Кихот или Иван Грозный

Надо сказать, что не все сражения Дон Кихота были неудачными. Сервантес с пафосом сообщает об одной битве, в которой рыцарь победил. Это – сражение с картонными куклами. Дон Кихот (Иван Грозный) доблестно напал на кукольный театр и разбил кукольное войско нескольких императоров, ч. 2, с. 196–203. Но это – редкий случай. Большинство сражений Дон Кихот, дескать, проиграл. Реформаторы всячески и с удовольствием ёрничали.

21.3. Сражение со «стадами овец»

Вот еще одна крупная, но ужасно неудачная битва Грозного Царя. Мы цитируем. <<Вдруг Дон Кихот заметил, что навстречу им движется по дороге огромное и густое облако пыли…

– Настал день, Санчо… В этот день, говорю я, как никогда проявится ВСЯ МОЩЬ МОЕЙ ДЛАНИ и я совершу подвиги, которые будут вписаны в книгу славы на вечные времена… Эту пыль поднимает многочисленная и разноплеменная рать, что идет нам навстречу….

– Так не одна, а целых две рати, – возразил Санчо, – потому с противоположной стороны поднимается точно такое же облако пыли.

Оглянувшись, Дон Кихот… чрезвычайно обрадовался и проникся уверенностью, что войска предполагают встретиться и сразиться на этой широкой равнине… На самом деле пыль, которую он заметил, поднимали два больших стада овец и баранов, двигавшиеся по дороге навстречу друг другу, но за пылью их не было видно, пока они не подошли совсем близко. Дон Кихот, однако, с таким жаром доказывал, что это два войска, что Санчо в конце концов поверил ему…

– Войско, которое движется нам навстречу (говорит Дон Кихот – Авт.), ведет великий император Алифанфарон, правитель огромного острова Трапобаны, а тот, что идет за нами, – это его враг, король гарамантов Пентаполин «Засученный Рукав»…

Я хочу назвать тебе главных рыцарей, которые находятся в рядах этих войск… Вон тот рыцарь в ярко-желтых доспехах, на щите которого изображен венценосный лев, распростертый у ног девы, – это доблестный Лауркальк, владелец Серебряного моста. Тот, чьи доспехи разукрашены золотыми цветами и на щите которого по синему полю нарисованы три серебряные короны, – это грозный Микоколемб, великий герцог Киросский. Справа от него, вон тот рыцарь исполинского телосложения, – это неустрашимый Брандабарбаран де Боличе, повелитель трех Аравий…>>, ч. 1, с. 165. И тому подобное.

Мы опустим довольно длинный перечень рыцарей-предводителей и их гербов, приведенный Сервантесом. Конечно, он тут же заявляет, что всё это – бредни безумного Дон Кихота, то есть Ивана Грозного: «Увлекаемый собственным воображением, отмеченным печатью невиданного умопомешательства, он продолжал говорить без умолку и перечислять рыцарей обеих воображаемых ратей», ч. 1, с. 166.

И тем не менее, произнеся в очередной раз заклинание о безумии Дон Кихота, Сервантес продолжает довольно длинный перечень предводителей и племен, шедших в этих ратях. Если убрать постоянные и навязчивые редакторские комментарии, что это, будто бы, просто бред, то перед нами встает интересная картина встречи Дон Кихота = Ивана Грозного с разношерстными войсками противника. Что прекрасно отвечает сути дела: войска Руси-Орды шли подавлять мятеж, вспыхнувший в разных западных областях Империи, населенных различными народами.

Далее, не следует забывать, что здесь нам рассказывают о событиях XVI – начала XVII века. То есть о последнем столетии «античности» XIII–XVII веков, об эпохе, отраженной в произведениях многих «античных» авторов. Поэтому многоплеменные войска, вышедшие навстречу рати Ивана Грозного = Дон Кихота, должны были быть описаны в первоначальном тексте, на котором основан роман Сервантеса, теми же словами и образами, как это было принято «в античности». И это действительно так – сейчас мы увидим типично «античную терминологию». Продолжим цитировать Дон Кихота (в лукавом изложении Сервантеса).

«Войско, которое идет нам навстречу, составляют и образуют многоразличные племена. Здесь можно встретить тех, что пьют сладкие воды прославленного Ксанфа; тех, что попирают массилийские горные луга; тех, что просеивают тончайшую золотую пыль счастливой Аравии; тех, что блаженствуют на чудесных прохладных берегах светлого Фермодонта; тех, что разными способами достают золотой песок со дна Пактола; изменчивых нумидийцев; персов, славящихся своими луками и стрелами; парфян и мидян, сражающихся на бегу; арабов с их кочевыми шатрами; скифов, славящихся как своею жестокостью, так и белизною кожи; эфиопов с проколотыми губами, и еще я вижу и узнаю бесчисленное множество племен, но только не могу вспомнить их названия.